Восхождение Примарха 6 (СИ)

На моих плечах будет груз ответственности не за одну, пусть и большую страну, но на отдалённой планете. Я буду отвечать за сотни миров. Возможно, по цинизму и жёсткости я быстро заткну Варвару за пояс. А, может быть, и нет.

Но, глядя на танцующую девушку, похожую сейчас на богиню и дарующую мне свои поцелуи с поистине бразильской страстью, я знал только одно. Чтобы не навалилось на наши плечи, мы должны помнить эту прекрасную летнюю ночь. Мы не должны забывать о себе настоящих, чтобы сердце гоняло живую и горячую кровь, способную на любовь и сострадание.

Садиться пришлось на выровненный лёд. Благодаря мастерству пилотов мы практически не заметили ничего необычного. Разве что самолёт слегка потряхивало против обыкновения.

Каково же было наше удивление, когда из открывшейся двери нас обдало столь ледяным воздухом, что перехватило дыхание.

Невольно вспомнилось, что чуть больше суток назад мы отплясывали под пальмами, впитывая летнюю жару.

Ранним бразильским утром мы простились с Магнусом, Варварой, Кариной и Арьяшей.

Я уже уловил некоторые взаимосвязи между природными явлениями. Потоки эфира тянулись параллельно океаническим течениям. Так от берегов Бразилии, следуя против Южного пассатного течения, мы оказались недалеко от западного побережья Африки.

Затем, следуя Бенгальскому течению, мы пролетели далеко на юг. И в какой-то момент стало очевидно, что потоки исходят из Антарктиды, о чём совершенно верно догадывался Антонио Сан-Донато.

Тогда мы связались с нашими полярниками на станции «Восток» и запросили посадку. Они, конечно, сильно удивились, но посадку разрешили и даже обещали встретить.

Таким образом мы и оказались на ледяной посадочной полосе с обжигающе-холодным воздухом, врывающимся сквозь проём двери.

Чтобы не заледенеть, я тут же уменьшил скорость ветра вокруг самолёта и слегка приподнял его температуру.

— Ты говорил, что в этой части планеты нас ждёт лето, — зябко ёжась, сказала Катерина Громова.

Она вообще после жаркой бразильской ночи вела себя очень тихо. Видимо, ей было стыдно за своё раскованное поведение. Но я заметил и ещё одно: Олег Чернышев теперь практически не отходил от неё.

Я был рад за ребят и желал им взаимного счастья. Как мне казалось, они его заслужили сполна.

Её слова услышал наш пилот, который как раз вышел в салон, чтобы помочь нам с высадкой.