Восхождение Примарха 6 (СИ)

Пока Марио вычищал из него яд, отравляющий организм, Магнус накачал какой-то сильнодействующей магией, от которой стало хорошо-хорошо.

Именно поэтому перед императором он сидел чуть ли не по «стойке смирно». Иначе боялся, что растечётся по креслу, чего делать в присутствии монаршей особы не подобало.

— Вы хоть можете мне человеческим языком объяснить, что произошло и чем закончилось? — попросил Ярослав Иванович чуть ли не умоляющим тоном.

— Что, — поинтересовался Державин, глядя на монарха, — слишком уж фантастически всё выглядит?

— Хуже того, — пожаловался император, бросая взгляд на закрытую дверь кабинета, словно всё ещё провожая предыдущего посетителя.

— Я понять ничего не могу. Слова вроде бы все наши, а в предложения не складываются.

— Хорошо, я попробую, — согласился Игорь Всеволодович и рассказал всё с самого начала и почти до конца.

Умолчал он лишь о тех моментах, которые и сам не знал полностью. То есть о самой битве со Стивеном они с Никитой ещё не разговаривали, и там о чём-то можно было судить лишь по косвенным фактам.

— То есть мы победили? — уточнил Ярослав Иванович, когда Державин закончил.

— Всё так, — кивнул тот, стараясь сохранять ясность мысли. — Враги повержены, а слава победителей воссияет вовеки.

— Вы как-то странно все выражаетесь, — подытожил император. — Но, в целом, картина стала яснее.

— Это от лечения, — сказал Игорь Всеволодович, удобнее устраиваясь в кресле. — Мы же все на грани смерти были, нас буквально только что из Нави вырвали.

— Тогда ясно, — кивнул император и задумался, как корректнее задать следующий вопрос. — А скажи, это правда, что Никита потерял в битве весь магический потенциал?

— Не знаю, как насчёт всего, но источника и эфирного сердца он лишился, — кивнул Державин, размышляя, зачем эта информация его собеседнику. — Так сказать, эта часть его магической структуры выгорела полностью.

— Что ж… — Ярослав Иванович поджал губы и встал с кресла, затем вышел из-за стола и принялся прохаживаться по кабинету, как делал в те моменты, когда надо было принять особо сложные решения.

— Печально, печально, — он сделал ещё несколько шагов в одну сторону, затем в другую и остановился напротив посетителя. — Я надеюсь, вы понимаете, что это значит? — спросил он, глядя Державину в глаза.

— То, что Никита вновь доказал, что он — герой, самоотверженно спасая не только нас, но и фактически всех магов планеты от безжалостного маньяка.