Восхождение Примарха 6 (СИ)

— Скажите, — я решил аккуратно узнать, что принесло сюда этого несчастного, — а вы решили добраться до самого верха? Просто я удивлён, что вы сюда-то поднялись…

— О, нет! Нет, — замахал рукой, свободной от палки, старик. — Наверх мне никогда не подняться. Тут, на полутора тысячах ступеней расположена торговая лавка для туристов. Там большая площадка и место для отдыха. Там, в одной из лавок, работает моя дочь. Но два дня она уже не возвращалась домой, и от неё нет никаких известий. Вот я и пошёл, чтобы проведать, как она там.

— Около полутора тысяч? — переспросил я, понимая, что уж на пятьсот-то ступеней я его смогу затащить.

— Да, — кивнул старик. — Ещё где-то пятьсот осталось. Я считал, но сбился со счёта.

— Всё верно, — ответил и протянул руку для поддержки. — Разрешите, я вас хотя бы провожу.

— Спасибо, молодой человек, спасибо вам огромное, — ответил старик и принял мою помощь, опёршись своей рукой на мою.

И тут меня буквально прошиб озноб, настолько холодной была эта рука. Кажется, ещё холоднее, чем тогда, когда я её пожал в первый раз.

— Скажите, вам холодно? — спросил я и буквально услышал, насколько глупо звучал мой вопрос.

Конечно, ему холодно, а у меня с собой целая сумка ненужных вещей. Впрочем, ему мой костюм-тройка тоже вряд ли поможет от холода.

Пока мы с ним разговаривали, стемнело и стало ещё холоднее. Если идти, а не стоять, это почти не чувствовалось, но стоило только остановиться, как всё тело охватывал мороз, а изо рта облачками вырывалось дыхание.

— Холодно, — признался тот, поднимаясь на очередную ступеньку.

— Но я не могу просить у вас одежды, потому что сам отправился в этот путь во всём, что у меня есть.

— Постойте-ка, — я оглядел его ноги и понял, что ботинки мои ему точно не подойдут, а вот новенькие кроссовки, которые я купил совсем недавно — вполне. — У меня есть кое-что из вещей.

Я отдал ему спортивные кроссовки, а сам надел свои повседневные ботинки. Пускай, в них было и не так удобно, но не сказать, что я испытывал дикий дискомфорт. А вот с курткой было расставаться жальче всего, так как ледяной ветер пронзил меня, стоило её расстегнуть.

Однако вместо того, чтобы заставить меня застегнуться и предложить слепцу что-то другое, это, наоборот, уверило меня в необходимости задуманного поступка. Поэтому я снял куртку и помог надеть её старику.

— Как тепло-то, — сказал тот. — А сам-то? Сам-то ты как?

Я уже натягивал пиджак, под который надел джемпер.

И вдруг почувствовал, как Архос отбивает себе ладонью лоб.