Балз закрыл глаза, услышав голос демона, но если ему хотелось убрать с глаз долой Девину, этого будет мало. Он видел всё даже с опущенными веками… и тогда он понял, что всё происходит в его голове. И он не один в своём сознании.
Девина встала перед ним. На ней было длинное белое платье, струящейся вниз, на этом странном ветру её чёрные волосы развевались за её плечами как змеи.
— Я ждала тебя. — Она положила свои пальцы с красными ногтями ему на грудь, словно заявляла свои права. — Я скучала по тебе.
Опустив взгляд, Балз обнаружил, что был полностью раздет.
— И я знаю, что ты скучал по мне.
Что-то едва ощутимо ударило ему в спину. Капля дождя. За ней ещё одна. И ещё. А после хлынул поток.
Кровь полилась с чёрных облаков на его кожу, и он словно с большого расстояния наблюдал, как его торс покрывается красными полосами. Кровь жжением опаляла кожу в местах соприкосновения, и Балз подумал, что капли — как её когти, вспарывающие его кожу царапинами.
— Поцелуй меня, — потребовала демон.
Дождь не касался Девины. Словно над ней завис невидимый зонт, капли крови уклонялись от её головы и белого платья.
Свадебного платья, осознал он. Такие человеческие женщины надевают на церемонию.
— Поцелуй меня.
Подавшись к нему, демон запрокинула голову и приоткрыла губы. Её черные глаза за вуалью густых ресниц сияли страстью, от которой у него замутило желудок. Она была уродливой, но не для глаз. Она была злом, уничтожающим душу.
Когда он не ответил, Девина вскинула бровь.
— Играешь в недотрогу? — Её хриплый смех ласкал слух. — Это не в твоём стиле, пусть ты меня и ненавидишь. Как я уже говорила, самое приятное в сексе с тобой — как твоё тело предаёт твои сердце и разум. Это красивая жертва принципов, особенно когда ты кончаешь в меня.
С отвратительной улыбкой Девина опустилась на колени, её белое платье легло на красные лужи на чёрной земле, шёлковая юбка буквально плыла на крови.
— Хорошо, я сама обо всём позабочусь.
— Посмотрев ему в глаза, она скользнула руками по его бедренным косточкам. — Мне нравится вид. Тебе, думаю, тоже.
Девина облизала свои ярко красные губы, скользнув по ним языком."
"Чёрта с два он наслаждался зрелищем. Ему было ненавистно смотреть на неё, особенно, когда она раскрыла свой рот.
Его член был вялым, когда она вобрала его в себя, и от ощущения теплоты, влаги и давления Балзу хотелось плакать. Он не хотел этого. Никогда не хотел.
