И когда Нэйт, наконец, вышел, уводя за собой своего обеспокоенного отца, который слонялся по коридору, ангел дважды убедился, прежде чем принять видимую форму.
Подходя к закрытой двери, он подтянул выше свои легинсы. Потом посмотрел на них… и изменил цвет с розово-черного на просто черный. Потом вообще воссоздал вместо спандекса простые брюки.
Со стрелками. И отутюженными штанинами.
Нет. Слишком официально."
"Лэсситер сменил низ на черные спортивные штаны от «Адидас». Симпатично, в обтяжку, тем самым подчеркивает мощные и сильные мышцы ног.
Так нормально. О, черт. Обувь. Ему нужна обувь. Тапочки с диснеевскими принцессами сюда не особо подходят.
И, П.С., сам факт, что ему пришлось увеличивать их до своего двенадцатого размера ноги, оскорблял. Словно взрослый мужчина не может захотеть тапки с Тианой и Ариэль?
Но это была мрачная ночь. И он хотел, чтобы Рэйвин отнеслась к нему серьезно.
Особенно после того, что она сделала. Боже, он не знал, на что она способна, но чувствовал в ней что-то уникальное, Что-то… могущественное.
Но решил, что она просто оказывает на него такое влияние.
Как оказалось, дело в другом.
Постучав в дверь, Лэсситер подождал. Не получив ответа, постучал снова.
Еще раз посмотрев в обе стороны коридора, Лэсситер слегка толкнул дверь… и на случай, если Рэйвин переодевалась, уткнулся взглядом в пол.
— Можно? — позвал он.
Не получив ответа, он на секунду подумал, что она умерла… что она отдала свою жизнь за Нэйта.
Но потом он выглянул из-за двери, смотря на кровать.
Женщина, подарившая чудо молодой душе, покидающей этот мир, лежала на двух подушках, регулируемое изголовье койки было приподнято под углом в сорок пять градусов. Белые волосы, напоминавшие тончайший шелк, лежали на ее плечах, ее повседневная одежда — удобная и свободная — плохо сидела на ней, и не потому, что не подходила по размеру.
Рэйвин должна носить шелк и атлас… платья старомодных фасонов, что-то сшитое на заказ по ее меркам.
Весенне-зеленого цвета. Да, этот цвет идеально подойдет ей.
Лэсситер приблизился к койке, паря по воздуху, чтобы не рисковать и не разбудить ее своими шагами. Тело Рэйвин выглядело невероятно хрупким под покрывалом, которым ее накрыли, и она была такой неподвижной — казалось, она плохо спала и сейчас наверстывала упущенное. Вряд ли ей дали успокоительное… ей не поставили капельницу.
