Ближе к сельской местности, подальше от скопления людей. Но ты сказала, что готова к переезду?
Эрика покачала головой.
— Нет. В смысле, да, конечно. Но я не понимаю. Что, в таком случае, пошло не так?
Бальтазар какое-то время смотрел в пространство.
— Я люблю тебя всем сердцем, всей душой. И мне неважно, от чего придется отказаться ради твоей безопасности и твоего счастья. Это станет целью моей жизни."
"Эрика покраснела, в сердце сразу стало тепло. Забавно, она целую жизнь ждала эти слова, даже не осознавая, что так хочет их услышать.
И сейчас, сидя в спальне, в которой она спала годами… она действительно чувствовала себя дома.
И причина в Бальтазаре… а не в адресе.
— Я тоже тебя люблю. — Протянув руку, она пригладила его волосы. — Я знаю, что все равно для тебя это сложно. Переезд из…
— Нет, трудность не в этом. — Он изучал ее лицо. — Ради тебя я откажусь от всего.
Когда он наклонился вперед, Эрика потянулась к его губам с поцелуем, и они бесконечно долго наслаждались этим мгновением.
С другой стороны, любовь все делала бесконечным… шла ли речь о вздохе или сердцебиении… десятилетиях жизни.
Он отстранился, окинув взглядом ее тело… и удивленно вскинул брови.
— Эм…
— О, да. — Она подтянула корсаж. — Это перебор.
— Покрутишься для меня? Чтобы я смог рассмотреть тебя.
Она встала в позу перед ним и крутанулась на пятке с навыками балерины, которые могли отыскаться в детективе убойного отдела без какого-либо таланта или опыта в танцах.
Ну, то есть ей повезло бы больше на позиции лайнбекера[62].
Бальтазар потер подбородок.
— Черт возьми, женщина. Ты… охрененно сексуальна в этом платье.
— Правда? Серьезно? — Так, хватит с нее прибедняться. — То есть — ну, разумеется.
— Попросить Фритца достать мне костюм? Нормальный, с галстуком и обувью без стального подноска? Тогда я смогу вывести тебя в свет.
Эрика снова окинула себя взглядом. Потом покачала головой. — На самом деле, думаю, что хочу переодеться в джинсы? Это платье шикарное, и я его сохраню.
Но я не чувствую себя уютно в нем.
Ее мужчина протянул руку и обхватил ее талию. Притягивая ее к себе, Бальтазар, опустив веки, пробормотал:
— Значит, ты хочешь его снять?
— Да. Ты не против?
Закусив губу клыками, он гортанно заурчал:
— Не против. И позволь мне тебе помочь. Зови меня Мастером Замков, моя леди.
Запустив руки ей за спину, к молнии, он уткнулся лицом между ее грудей… и тут же, ласки языком превратили ее в желе.
