А, может, это изначально было в его судьбе.
— Я нажму на гребаный кур…
Ииииии на этом Мистер Девять Миллиметров, который не моет руки после еды, захлопнул пасть. Балз проник в его разум, собираясь мысленно закончить начатый разговор: быстро разоружить, завершить транзакцию, разойтись каждый своей дорогой. Но все пошло иначе.
У парня выдалась насыщенная ночка, и речь шла не о наркоторговле.
— Ты, паскудный сукин сын, — зарычал Балз. — Ты что с ней сотворил?! Строишь из себя силача? Конни не изменяла тебе.
Она никогда тебе не изменяла, и ты это знаешь. Черт подери, тебе это известно.
— Чт… — Дилер с капюшоном на голове побледнел. — О чем ты говоришь?
— Сегодня ночью ты зашел слишком далеко. Непростительно далеко.
Свежие воспоминания о том, что мужчина сделал в квартире с женщиной, которую избивал на постоянной основе, находились на поверхности, но Балз погрузился глубже, на годы назад. Сколько там было женщин. Так много… девочек.
— Ты, сукин сын… — Балз замолчал, потому что ему не хватало словарного запаса, чтобы выразить обнаруженную мерзость.
— Тебя здесь быть не должно. Не-а. Думаю, твоя песенка спета.
Балз отступил назад на шаг и прищурился.
— И ты не заслуживаешь тюрьмы. Тебе прямая дорога в ад.
Когда рука дилера пришла в движение, и дуло пистолета начало поворачиваться в его сторону, мужчина попытался сопротивляться силе, что завладела его командным центром. Едкий запах пота выступил от чистого ужаса, а все его тело затряслось, но он ничем не мог остановить то, что происходило против его воли.
Также себя чувствовали все те женщины, которых он избивал… и делал другие, более страшные вещи.
— Скажи «спокойной ночи», ублюдок.
Балз усилием мысли приказал дилеру направить пистолет в свой висок. А потом заставил его нажать на курок.
Хлопок выстрела пронесся эхом и, несомненно, привлек внимание, но Балз знал две вещи наверняка: во-первых, народ под мостом не полезет в чужие разборки, и во-вторых, если какой-то зевака или незваный гость захочет вмешаться, он легко разберется с ним.
Тело рухнуло на асфальт, как мясная туша. И пока мускулы рук и ног конвульсивно подрагивали, а в воздухе поднялся запах мочи, Балз пинком перевернул туловище лицом вверх. Стрёмная куртка распахнулась, и внутри он обнаружил кучу белого порошка в пакетиках. Обирая мертвого — ну ладно, умирающего — дилера как виноградную лозу, Балз завидовал его участи.
И молился, чтобы Ви сдержал свое обещание.
