Для твоих игр у тебя в распоряжении миллион человек в этом городе. Возьми другого.
— А я не хочу другого. — Она подалась вперед к мужчине. — И, ангел, ты поступаешь неумно. Сейчас, зная твое мнение о моем маленьком вторжении, я хочу его еще больше.
Внезапно воздух между ними изменился, заряд тепла был таким мощным, что накрыл ее деформирующей ядерной волной, которая отбросила ее к бетонной опоре, удерживая на месте. И пытаясь освободиться, на самом деле Девина не хотела свободы. Направленная на нее сила заставила соски съежиться, а бедра ослабнуть.
— Я не знала, что ты владеешь этой силой, — простонала она, выгибаясь от боли, понимая, что груди скоро вырвутся на свободу, учитывая тесноту ее бюстье.
Лэсситер подошел к ней, его радужные крылья сейчас были полностью расправлены за его плечами, красивое тело полно жажды мщения. Ветер с реки сдувал его волосы с лица, а золотые цепи на его шее, запястьях и талии сверкали будто живые.
— Осторожнее, ангел. — Она улыбнулась ему, хотя начала задыхаться от боли.
— Ты начал… с обсуждения границ. А сейчас сам… переходишь.
Уйди из Бальтазара, прорычал Лэсситер, не раскрывая своих сочных губ. Оставь мужчину в покое.
Девина перевела взгляд на место преступления, где люди в униформе и в штатском сновали туда-сюда, выполняя свою работу, и не зная при этом, что всего в двухстах ярдах от них, пара элементалов сцепились в драке за душу вампира.
Демон рассмеялась, хотя это звучало отвратительно из-за нехватки воздуха.
— Я… все… расскажу… — Она втянула воздух и посмотрела в странные глаза Лэсситера.
— … Создателю.
После гляделок, от которых краска могла сползти со стены… если, конечно, ангельский гнев не спалил бы весь дом дотла… козырь в рукаве сработал. Давление и жар отступили, а потом ангел выключил психическое давление.
Вживую его голос звучал пронзительней, чем в ее голове:
— Беги к Нему. Расскажи Ему все. Ты без разрешения зашла в душу Бальтазара, когда он пребывал на грани жизни и смерти. Ты неправа. Ты перешла границу, и тебе придется объясниться, если соберешься обратить Его внимание на меня.
Девина подняла руки с талии, подтягивая бюстье на место, ее грудь заныла в корсете из китового уса.
— Как ты узнал, что Бальтазар меня не приглашал?
— Потому что он хочет от тебя избавиться, черт подери.
— Милые бранятся, а ты называешь это домашним насилием.
— Уйди из него.
Изогнув бровь, Девина пригладила волосы и снова провела пальцем по ложбинке между грудей.
