Очень плохо.
Генри вышел из коридора между детской и взрослой библиотеками и застыл, буравя Майка маленькими свинячьими глазками. Его губы разошлись в мерзкой ухмылке, обнажив гнилые зубы, свойственные многим жителям мэнской глубинки.
– Голоса. Ты слышишь голоса, ниггер?
– Чьи голоса, Генри? – Майк убрал обе руки за спину, как школьник, вызванный к доске, чтобы прочитать наизусть стихотворение, и переложил нож для вскрытия писем из левой руки в правую. Напольные часы, подаренные библиотеке Хорстом Мюллером в 1923 году, ровненько отбивали секунды в застывшем пруду библиотечной тишины.
– С луны, – ответил Генри и сунул руку в карман. – Они приходят с луны. Множество голосов. – Он помолчал, нахмурившись, потом тряхнул головой. – Множество, но в действительности это один голос. Голос Оно.
– Ты видел Оно, Генри?
– Да. Франкенштейн. Оторвал Виктору голову. Тебе бы это слышать. С таким звуком, будто застежка большущей молнии резко идет вниз. Потом Оно двинулось на Рыгало. Рыгало попытался бороться с Оно.
– Попытался?
– Да.
Только потому я и спасся.
– Ты оставил его умирать.
– Не говори так! – Щеки Генри полыхнули тусклым багрянцем. Чем дальше он отходил от пуповины, связывающей взрослую библиотеку с детской, тем моложе становился в глазах Майка. Он видел прежнюю злобу на лице Генри, но видел и кое-что еще: ребенка, которого воспитал полоумный Буч Бауэрс на хорошей ферме, с годами превратившейся в кусок дерьма. – Не говори так! Оно могло убить и меня.
– Нас Оно не убило.
Глаза Генри насмешливо блеснули.
– Пока не убило. Но убьет. Если я оставлю Оно кого-нибудь из вас. – Он вытащил из кармана продолговатый предмет длиной в девять дюймов, отделанный по бокам пластмассой, имитирующей слоновую кость. У одного края этого сомнительного произведения искусства блестела хромированная кнопка. Генри нажал на нее. Из рукоятки выскочило лезвие длиной шесть дюймов. Покачивая нож на ладони, он двинулся к столу, чуть быстрее.
– Посмотри, что я нашел. Я знал, куда смотреть. – Одно красное веко опустилось, отвратительно подмигивая.
– Человек с луны сказал мне. – Генри вновь продемонстрировал гнилые зубы. – «Днем прячься. Вечером поймай попутку». Старик. Ударил его. Думаю, убил. Автомобиль бросил в Ньюпорте. Когда переходил границу Дерри, услышал этот голос. Посмотрел в водосток. Там лежала эта одежда. И нож. Мой старый нож.
– Ты кое-что забываешь, Генри.
Генри молча ухмылялся, покачивая головой.
– Мы выбрались, и ты выбрался. Если Оно хочет нас, Оно хочет и тебя.
