Мертвые огни и само путешествие в черноте уже затуманилось и вспоминалось с трудом. Да и не имело это значения. А что имело значение – Билл это чувствовал, но не осознавал – так это развал их дружбы… их дружба разваливалась, а они по-прежнему оставались в темноте. Другой действовал посредством их дружбы, возможно, сумел превратить их в нечто большее, чем просто детей. Но теперь они вновь становились детьми. Билл это чувствовал, так же, как и остальные.
– Что теперь, Билл? – спросил Ричи, наконец-то высказав общее мнение.
"
"– Я н-не з-з-знаю, – ответил Билл. Заикание вернулось, такое же, как и прежде. Он его слышал, они слышали, и Билл стоял в темноте, вдыхая сырой запах их нарастающей паники, гадая, сколько пройдет времени, прежде чем кто-то – Стэн, вероятнее всего Стэн – не спросит в лоб: «А почему ты не знаешь? Ты нас в это втянул!»
– А где Генри? – с тревогой спросил Майк. – Все еще здесь, или как?
– О господи! – скорее простонал, чем сказал Эдди. – Я про него забыл. Конечно, он здесь, конечно, здесь, наверняка заблудился, как и мы, и мы можем в любой момент наткнуться на него… Оосподи, Билл, у тебя нет никаких идей? Твой отец тут работает.
У тебя совсем нет идей?
Билл прислушивался к далекому насмешливому шуму воды и пытался отыскать в голове ту самую идею, которую Эдди – да и все остальные – имел право требовать. Потому что, да, он привел их сюда и должен их отсюда вывести. Но в голову ничего не приходило. Ни-че-го.
– У меня есть идея, – подала голос Беверли.
В темноте Билл услышал звук, который не смог определить.
Тихий, шелестящий звук – не пугающий. За ним последовал другой, и этот определился сразу: расстегиваемая молния. «Что?..» – подумал он и тут же понял. Она раздевалась. По какой-то причине Беверли раздевалась.
– Что ты делаешь? – спросил Ричи, и от изумления его голос на последнем слове дал петуха.
– Я кое-что знаю, – ответила Беверли в темноте, и Биллу показалось, что она, если судить по голосу, вдруг стала старше. – Я знаю, потому что мне сказал отец. Я знаю, как снова связать нас воедино.
А если этой связи не будет, нам отсюда не выбраться.
– Какой связи? – В голосе Бена слышались недоумение и ужас. – О чем ты говоришь?
– О том, что соединит нас навсегда. Покажет…
– Н-н-нет, Бе-е-еверли! – Билл внезапно понял, понял все.
– …покажет, что я люблю вас всех, – продолжила Беверли, – что вы все мои друзья.
– Что она такое го… – начал Майк.
Ровным, спокойным голосом Беверли перебила его.
– Кто первый? – спросила она.
