Поднял голову, увидел, что они смотрят на него, нерешительно помахал рукой. Билл подумал, что это тот самый мальчишка со скейтбордом, приятель которого видел акулу из фильма «Челюсти» в Канале. Улыбнулся и шагнул к мальчишке.
– Те-е-еперь все хорошо, – сказал он.
Мальчик очень серьезно всмотрелся в него, потом заулыбался сам. Улыбка получилась солнечной и полной надежды.
– Да. Я думаю, да.
– Можешь по-оспорить на свою ш-шкуру.
Мальчишка рассмеялся.
– Ты бу-удешь осторожнее на с-своем скейтборде?
– Едва ли, – ответил мальчишка, и теперь рассмеялся Билл.
С трудом подавил желание взъерошить ему волосы – тому могло бы не понравиться – и вернулся к остальным.
– Это кто? – спросил Ричи.
– Друг. – Билл сунул руки в карманы. – Вы помните, как мы вышли оттуда в прошлый раз?
Беверли кивнула.
– Эдди привел нас обратно в Пустошь. Только почему-то на другой берег Кендускига. Со стороны Олд-Кейп.
– Ты и Стог скинули крышку с одной из этих насосных станций, – Ричи повернулся к Биллу, – потому что вы были самые сильные.
– Да, – кивнул Бен. – Скинули. Солнце уже опустилось чуть ли не к самому горизонту, но еще не зашло.
– Да, – вздохнул Бил. – И тогда мы были все вместе.
– Но ничто не длится вечно. – Ричи посмотрел вниз, в ту сторону, откуда они пришли, и вздохнул: – Взгляните, к примеру, на это.
Он вытянул руки. Шрамы на ладонях исчезли. Беверли вытянула руки… Бен… Билл. Все грязные, но без единого шрама.
– Ничто не длится вечно, – повторил Ричи. Посмотрел на Билла, и Билл увидел слезы, которые медленно текли сквозь грязь на щеках Ричи.
– Кроме, возможно, любви, – уточнил Бен.
– И желания, – добавила Беверли.
– Как насчет друзей? – спросил Билл и улыбнулся. – Что думаешь, Балабол?
– Что ж, – Ричи улыбался и тер глаза, – должен об етом падумать, парень, да уж, должен об етом падумать.
Билл протянул руки, остальные последовали его примеру, они образовали круг и какое-то время постояли, семеро, число которых уменьшилось до четырех, но они все равно могли сейчас встать в этот круг. Они переглянулись.
Бен тоже плакал, слезы лились из глаз, но он и улыбался.
– Я так сильно вас люблю. – На мгновение он изо всех сил сжал руки Беверли и Ричи, потом отпустил. – А не поглядеть ли нам, знают ли в этих краях, что такое завтрак? И мы должны позвонить Майку. Сказать, что с нами все в порядке.
– Хоррошая мысль, сеньорр, – кивнул Ричи. – Иной рраз я думать, из тебя выйти толк. Что сказать, Бальсой Билла?
– Я думать, а не пойти ли тебе на хрен, – ответил Билл.
