Восстание

Промелькнет в тумане тень дерева или телеграфного столба, и снова все поглощено белой мглой, слепящей больше, чем самая темная ночь.

«Наверное, из тюрьмы все пошли другими улицами, — думала Ксенья. — Другими улицами… Хоть бы один человек… Правильно ли я иду?»

Она остановилась и только теперь заметила, что кругом стало тихо. Не было больше слышно ни грохота артиллерии, ни винтовочных выстрелов на Ушаковке; казалось, белый туман, как ватой, заткнул ей уши.

«Тихо как…» — Ксенья прислушалась, потом осторожно пошла дальше.

Теперь она слышала только скрип собственных каблуков, вонзающихся в плотно притоптанный снег, и сама не знала, где она идет. Забор давно кончился, и Ксенья думала, что это улица, что она пересекает какую-то улицу, но улица оказалась слишком широкой. Может быть, это был какой-нибудь пустырь?

«Пустырь? Но где это? Где? Хотя бы снова послышались выстрелы…» — Ксенья остановилась, вглядывалась в непроницаемый белый туман и слушала.

Она не чувствовала больше ног, и руки стали, как деревянные, — пальцы не хотели сгибаться.

«Боже мой, как холодно, как холодно…»

И вдруг в стороне, где-то в неподвижных клубах белого тумана, звякнула сломавшаяся льдинка.

«Река?» — Ксенье почудилось, что где-то совсем близко плещет вода, и вдруг она услышала скрип шагов. Кто-то шел прямо к ней.

— Постойте, подождите! — крикнула Ксенья и бросилась вперед.

Шаги заскрипели сильнее, в тумане заколыхалась сероватая тень, и внезапно перед Ксеньей возник человек в белом от инея полушубке.

Он был высокого роста, и ей приходилось смотреть на него снизу вверх.

— Какого черта, — хрипло сказал человек. — Какого черта вы так копаетесь? Где санитары с носилками?

— Я не знаю… Я никого не встречала здесь… — растерянно сказала Ксенья. — Я…

— Не знаете, а они там вмерзают в лед. Вы понимаете, вмерзают заживо в лед…

— Нет, — сказала Ксенья. — Я не понимаю.

Кто вмерзает в лед?

— Раненые… Тысячу раз повторять — раненые, — раздраженно сказал человек. — Ангарская вода хлынула в пойму Ушаковки. Где-то в низовьях затор льдов, вода все прибывает и прибывает… Они вмерзают в лед. Когда придут санитары?

— Я не знаю, — сказала Ксенья. — Там никого нет… Я не слышала ничьих шагов…

— Передайте им, что, если санитары не придут немедленно, все раненые погибнут… Погибнут… Они вмерзают в лед.