Восточная сказка. Подарок для шейха

– Навестил? – взор серых льдистых глаз прожёг несчастного насквозь.

– Я помню о том, что когда-то поступил с тобой мерзко, брат мой. И мне нет прощения, – мужчина заговорил более серьёзно, словно пытаясь загладить какую-то вину. – И в доказательство своего покаяния перед тобой, я хочу преподнести тебе подарок.

– Вот как? И что же это за драгоценность такая, что сможет смыть все твои грехи передо мной? – шейх прищурился. – Ты вернёшь мне мою мать? Или, быть может, моего сына? Ах, постой… Может мою жену? – уже почти зарычал мужчина, склоняясь над зеркальным столом.

Если бы Али стоял, он бы попятился от этого страшного взгляда родного брата, что взирал на него с ненавистью и презрением.

– Амир, брат мой. Я не хочу снова возвращаться в прошлое. Я рад видеть тебя, несмотря ни на что… И подарок мой не заменит тебе семью… Но скрасит твоё одиночество, что гложет тебя уже много лет. Прости меня за всё… – Али поднялся с дивана, собираясь покинуть брата, что в общем-то не особо рад его приходу. – Твой подарок ожидает тебя в твоём номере.

Дарина нервно дернулась, когда с неё сняли мешок.

Какой мрак… Двадцать первый век называется. Живому человеку на голову мешок надевают!

Хотя, чего уж там… В двадцать первом веке и людьми торгуют, словно семечками.

– Сидеть, – шикнул на неё «тюремщик» со страшным лицом, словно у демона из фильма ужасов, которые она когда-то так любила. Теперь-то без надобности… Её жизнь и так превратилась в жуткий психологический триллер.

От вида охранника и его грозного шипения Дарина сжалась ещё сильнее.

– Жди хозяина и не смей двинуться с места! – мужчина разговаривал с ней с каким-то презрением, отчего в душе зашевелилась скользкой гадюкой обида.

Чем она провинилась перед этими людьми?

И это лишь прислуга…

Каков же сам Хозяин?

Что ж, скоро она узнает.

Девушка судорожно сжимала и разжимала кулаки, пытаясь успокоиться и привести в норму дыхание, но не удавалось.

Страх склизким комом застрял в горле и никак не покидал измученное тело. Всё внутри сжималось от предстоящего знакомства с Хозяином и внезапно сильно захотелось плакать.

Нет, не плакать. Кричать. Вопить до посинения и молить о пощаде Господа, ибо он единственный, кто услышит её крики.

Всем остальным плевать. Человечество превратилось в чудовищ. Страшных, не знающих пощады и жалости к ближнему, зверей.

– Успокойся, дыши, Дарина, – повторяла слова матери, которые так часто слышала в детстве, когда приступ астмы лишал возможности дышать. – Сейчас всё пройдёт.