Восторг любви

— Ты большой фанат Одинокого рейнджера?

— Правду говоря, мне всегда больше нравился Тонто.

Дана взглянула на Чея.

— В тебе течет индейская кровь?

— Моя мать была из племени шайенов.

— Как случилось, что ты работаешь у Большого Джона?

— Моя мать покинула племя и поступила в колледж. Она встретила Большого Джона в баре однажды ночью. Судьба ей благоволила, он только что уволил бухгалтера и искал нового. — Чей пожал плечами. — Таким образом у нее появилась работа.

Они доехали до озера через несколько минут.

Девочки слезли с лошадей и подошли к воде, оставив Чея приглядывать за их животными. Он расседлал лошадей и отвел их в тень.

Дана разделась до купальника и расстелила покрывало на траве. У каждой девочки было по корзинке с едой, и Дана расставила их возле покрывал.

— Я смотрю, ты уже готова к плаванию, — отметил Чей.

Он осмотрел Дану с головы до ног, и она снова пожалела, что не сбросила лишние десять футов.

Сам Чей выглядел превосходно. Его черные плавки оттеняли смуглый цвет кожи и длинные черные волосы.

Дана взглянула на озеро. Девочки играли в воде, плескались и брызгались — в общем, отлично проводили время.

Чей сел на покрывало напротив нее и вытянул ноги. Дана наблюдала за девочками. В свои двадцать три она была чуть старше их, но чувствовала себя намного взрослее, даже мудрее. Если бы она могла быть такой юной и невинной снова, грустно подумала она.

— Эй, — позвал Чей.

— Я немного завидую им.

Чей посмотрел на девочек.

— Не понимаю, почему.

— Она так юны и беззаботны. Их ничего не занимает, кроме шмоток и домашнего задания. Как бы я хотела снова стать подростком!

— Неужели? — спросил Чей с усмешкой. — А как насчет ломки голоса и игры гормонов?

— Быть девочкой ничуть не проще, если ты не знал. Все время размышлять, пригласит ли тебя хороший мальчик в кино и разрешишь ли ты ему поцеловать себя на прощанье.

— Да и сейчас быть подростком еще сложнее, отметил Чей. — Наркотики в общежитие, СПИД, гангстеры.

Чей посмотрел на девочек задумчиво, его внимание сосредоточилось на Эшли. Ей скоро исполнится шестнадцать — опасный возраст для подростков. Он знал, что Большой Джон не уделял ей должного внимания. У нее было все, кроме отцовской любви.