Молодец - он! Только погоди, из твоего рассказа я не очень понял, ты с адвокатом общалась? Или всеми делами Миша занимается? Как я понимаю, твои почти бывшие родственники реально подадут на раздел имущества и денежных средств, - смотря пристально мне в глаза, серьезно замечает Степан.
- Да, все так и будет. Здесь даже к бабке ходить не нужно, - бурчу, утыкаясь Степушке в грудь, с удовольствием вдыхая аромат его тела.
Долго дышу мужчиной, будто наполняю себя его силой и смелостью.
- Пусть подают.
С меня взять нечего. У меня ничего нет и не было, - со смехом фыркаю. - Анатолий никогда ничем не интересовался, потому и не знал, что изначально все было записано на бабушку мою. Потом, когда она заболела, мы начали все переписывать на мою мать. После с мамы свинокомплекс переоформили на Дмитрия, когда ему 18 лет исполнилось. Юридическую фирму сразу на Мишу записали. Лингвистическую школу год назад на Анюту оформили.
- Любаня, как я понимаю, на тебе самой совсем ничего нет? - крепко обнимая меня, спрашивает Степан.
- Ну вот, Степа, наконец-то, я открыла тебе свой самый страшный секрет. Ага, у меня самой ничего нет. Я даже на ""Сандеро"" ездила по доверенности. Ну, что Степан Григорьевич, не пугает тебя факт, что я - не богата, не знаменита и не успешна?
- Любушка, этот факт теперь мне греет душу. Мне нравится, что мы с тобой оба такие - классные! Я же сразу тебе сказал, рядом со мной ты можешь быть просто красивой женщиной! Давай, красавица моя на все выходные рванем в домик, где мы прекрасно провели новый год, а?
- И чем же мы будем заниматься все выходные, Степушка? - спрашиваю, хихикая, потому что этот невозможный мужчина, сползая вниз, щекочет мой лобок своим языком.
- Как чем, Даная нежная моя, совершать падеж в пучину страсти, - оторвав голову, голосом искусителя томно шепчет мой мужчина. - Причем падеж мы начнём прямо сейчас. Расслабляйся, сладкая, управление падежом в пучину любви с выходом в штопор огненного оргазма буду управлять я.
Добро пожаловать на борт, Любонька!
Глава 21
- Люб, подожди. Люба-а-а-а! - выбегая из здания своей языковой школы вместе с Анютой, сквозь шум проезжей части мегаполиса слышу голос.
Мы с дочуриной одновременно оборачиваемся.
На противоположной стороне прямо напротив нас видим плюгавенького мужичонку, потрепанного жизнью, со следами былой привлекательности на лице.
И этим мужичонкой оказывается мой муж и Анюткин отец.
