Мое сердце от переживаний то захлебывается от тахикардии, то замирает до уровня брадикардии.
Стою, как соляной столб, с мокрыми на нервной почве руками. Такое состояние для меня является непривычным, потому вызывает дополнительное раздражение.
- У Вас все нормально, - первое, что слышу от врача, вышедшего из палаты Любушки.
Представившись супругом Любы, очень убедительно обозначаю свою просьбу.
- Вы меня извините, что так нахраписто себя веду. Но убежден, что Вы и сами бы так же беспокоились о своей супруге.
Мне только одним глазком её увидеть, ручку её поцеловать. Уверен, ей самой легче станет после этого, - говорю, а у самого голос хриплый от того, что в горле ком стоит.
- Хорошо, пока я заберу анализы Любовь Петровны, побудьте с ней. Жена Ваша все равно сейчас не спит, - вздыхая, отвечает мне доктор, направляясь в ординаторскую.
Тихо захожу в палату. На кровати под одеялом лежит моя красавица, вернее то, что от неё осталось. При виде худой и совершенно прозрачной Любушки с лицом белее простыни, у меня слезы на глаза наворачиваются.
Аккуратно сажусь на стул рядом с кроватью, беру в свою руку её ледяную ладонь. Пытаюсь согреть любимые пальчики своим дыханием. Любаша открывает глаза и начинает беззвучно плакать.
- Степушка! Мой Степушка! Ты вернулся! Живой! Любимый - мой! Единственный - мой! Люблю тебя милый мой! - очень тихим, практически безжизненным голосом, шепчет мне Любаша.
Приподнимаясь со стула, легко и нежно обнимаю её тело, ставшее совсем хрупким.
От бессилия и отчаяния мне хочется не то, что рвать и метать, а убивать.
В голове пролетает мысль, что если не дай Бог случится страшное, еблану Гаврику сверну шею.
В этот момент в палату возвращается врач. Смотрит на нас обоих внимательно, но выражение лица мне его явно не нравится.
- Любовь Петровна, пришли результаты ФГДС вашего желудка и ваши анализы, - вздыхая как-то тяжко, произносит доктор. - Да, все же хорошо, что Ваш муж вовремя вернулся из командировки. Потому как появились некоторые обстоятельства, отягчающие лечение язвенной болезни.
- Доктор, может нам стоит выйти в коридор или ординаторскую, а Любушка пусть отдыхает? - задаю вопрос, в надежде объясниться по поводу здоровья Любы в коридоре без её присутствия.
- Уверен, что нам нужно все обсудить втроём, потому как вопрос серьёзный, - игнорируя мои слова, продолжает говорить врач. - Итак, у Любовь Петровны, как и было сразу понятно, кровоточащая язва желудка. Иного более серьезного в анамнезе нет.
