Вот и настал этот день (СИ)

Довольный всем, как будто не тебе сейчас бока мяли, пока в вагон вносили. Лыба на пол-лица. Подхватил ребенка на руки, дал конфетку – ребенок заткнулся. Уже за это тебя полвагона полюбило. Стал шутить с его мамкой, шутка за шуткой – остальные полвагона веселятся. Эту твою шутку про комплексный массаж за один жетончик… Мда. А у нас… – она замолкла, подперла головенку пьяную рукой. – Скажи, ты всех наших девчонок уже трахнул?

Я поперхнулся.

- Да ты не психуй. Я к чему. Ведь трахнул ведь. Если кого ещё не успел, так они сами от тебя не отстанут.

И ведь недовольных нет! Ты так легко всех отпустил, и никто не в обиде. Честно говоря, когда я увидела, как ты рьяно взялся за обработку нашего цветника, боялась, что тебе намнут бока новоявленные рогоносцы. Но ты умудрился всех занятых барышень обойти стороной и подружиться с их женихами-мужьями. С кем из наших ты до сих пор не подружился? По-моему, таких нет. Я к чему всё это… Я не говорю, что твоя краса неземная всем глаза застит, все ж, на вкус и цвет… Но я помню, как ты к нам пришел. Небрежные светлые кудряшки, розовые щечки, чернюшие глазюки. Ну, прям огонь, дерзкий и прекрасный, не мыслящий жизни без ласки и поклонения. Милька, я вот замужем, но честно скажу. В средневековье тебя на костре бы сожгли, как колдуна. Или колдунью, скорее.

- У меня ж не зеленые глаза. И не черные."

"- Не в цвете дело. Стоит тебе в глаза посмотреть – и все, взгляд не отвести. Когда ты смеёшься, они сверкают, как драгоценность какая.

А смеешься ты часто. Блин, сумбурно как-то получается. Короче! Людей к тебе тянет. Мимо пройти не могут. У нас была одна звезда: Катенька в приемной. Теперь две.

Я сидел и не знал, как реагировать на такие откровения. Леночка тем временем продолжала:

- Ты никогда не замечал, сколько вокруг тебя народу вертится?

- Нет, зачем? У них свои дела, у меня свои.

- Вот скажи, у тебя в детстве много друзей было? – да что ж за допрос такой?

- Нет, вообще не было, кроме Федьки, но он сейчас в армии, скоро должен дембельнуться.

- А сейчас?

- Ну, Дар, Таш, Алекс. Они - как семья. В универе разве что Мишка и Леша, и то - так, приятели.

- Не говорю сейчас про Дара с его парнями. Он - такой же как и ты, но его есть кому холить и лелеять, – я хмыкнул, конечно же, «холить и лелеять». Да там такой мат-перемат порой стоит… – Не хмыкай, вокруг него не происходит ничего из того, чего бы он не хотел.