— Ну что? С чего начнем? — Северный размял плечи и посмотрел на меня, не скрывая насмешки. Вся эта идея хоррор-квеста его откровенно забавляла, — а то времечко поджимает. Вдруг действительно замуруют? И тогда…
Тут пахнуло холодным ветром по ногам, и рядом с нами послышались торопливые шаги, затерявшиеся где-то в сумраке.
— Это что такое было? — мы удивленно переглянулись, и я на всякий случай подступила к нему чуть ближе.
Мало ли что.
— Понятия не имею, — его голос неуловимо изменился. Насмешки стало чуть меньше.
— По-моему, тут кроме нас кто-то есть, — предположила шепотом, напряженно взглядываясь во мрак. — Надо срочно развязать руки!
***
Так. Пора проявить чудеса смекалки и наблюдательности. Если руки связаны и самостоятельно развязать их не получается, значит где-то тут есть что-то, чем можно разрезать коварные путы. Правильно? Правильно! Наверняка это что-то находится на столе, среди бесполезного хлама.
Смело направилась к столу. Остановилась рядом с ним и стала рассматривать лежащие там предметы.
Первое, что бросилось в глаза — оторванная голова куклы с ласковой улыбкой, застывшей на пластиковых губах.
Б-р-р-р, жутковато.
Чуть подальше валялось тельце с одной неестественно вывернутой ногой, а рядом с ним допотопного вида фонарик. Покрутила его в руках, попыталась включить — бесполезно.
— Дай, я попробую, — подал голос Северный.
— Да пожалуйста! — отдала ему находку и продолжила осматривать стол.
Посуда, в которой блестело что-то темное, ржавые цепи, обрывки книг, пакеты, разорванные перчатки.
Ножницы! Старые, ржавые, но все-таки ножницы! Не сдерживая ликования, я ринулась за ними.
— Нашла!
Только я потянулась за находкой, как рваная перчатка ожила и крепко схватила меня за запястье.
— Мамочки! — завопила я, как дурная, и отскочила в сторону.
— Чего ты орешь?"
"— Там, — дрожащим пальцем указала на перчатку, — оно меня схватило!
Северный посмотрел на меня искоса, поднял двумя пальцами перчатку, которая на меня «напала», покрутил в руках и пренебрежительно бросил обратно, потом взял ножницы.
Старые, портновские, покрытые ржавчиной. Он с трудом смог их открыть. Металл лязгнул и мои пути опали на пол, затем я помогла освободиться ему.
Со свободными руками сразу стало как-то веселее.
Я продолжала рассматривать содержимое стола, а Антон ковырял фонарик. Разобрал его, собрал, постучал торцом по краю стола. Вспыхнул бледный желтый свет, заморгал и погас на мгновение, а потом снова загорелся, чуть ярче чем вначале.
