Воздушные головорезы

По правилам на досмотр заходят двое, не ломая колонны. Так уж получилось, что одним из них придется стать мне, совсем даже не штурмовику. Но другого выхода нет. Нас и так слишком мало. Все уместились в двух джипах.

Спецназовец, стоявший справа от двери, кинул внутрь светошумовую гранату. Грохнуло, сверкнуло – заходим! Навстречу град пуль, отрывистый треск «калашникова». Кто-то успел дотянуться до оружия.

Я иду вторым. Парень, зашедший первым, уже лежит на каменном полу. Я вижу ствол человека в униформе, оседающего у стены, но не выпустившего автомат из рук.

Видимо, они выстрелили одновременно, оба получили ранения.

Шок противника дает мне секунду. Я направляю автомат на него, он дергается, принимая в себя пулю за пулей. Магазин у меня заряжен смесью китайских бронебойных и охотничьих, разрывных боеприпасов, которые нельзя использовать на войне. Но в Сирии нет ничего запрещенного, здесь никто не обращает внимания на Женевскую конвенцию.

Как учили меня спецназовцы, это тебе не спорт.

Просто направь ствол на врага и стреляй, пока он не упадет.

Рядом на вертящемся офисном стуле сидит человек. Он в белой рубашке, совершенно здесь неуместной, руками схватился за голову, оглушен и ослеплен взрывом. В темноте мигает красными и зелеными индикаторами аппаратура.

Этот человек безоружен, но здесь и сейчас это не играет никакой роли. Я стреляю в него, и он падает со стула.

Я мельком успеваю охватить взглядом комнату. Стены, завешенные толстым полиэтиленом, провода в защитной оплетке на полу, стойки с аппаратурой.

То, что мы и искали, дата-центр.

Но мне пока не до этого. Я падаю на колени перед раненым или мертвым спецназовцем, срываю с руки перчатку и начинаю его ощупывать.

– Серега, ты цел? Куда попало? Скажи! Говори со мной!

В замке мы не только накрыли совместный центр турецкой и натовской военной разведки. Американцы сделали большую глупость. Они понадеялись на неприступность этого места и разместили тут точку спутникового доступа в сеть, созданную только для американских и британских спецслужб.

Она построена таким образом, что нигде не пересекается с обычным Интернетом. Более того, все протоколы на ней написаны на языке программирования, который используется только в этой сети и является совершенно секретным сам по себе, отдельной государственной тайной.

Но для нас это тайной уже не было. Базовые принципы этого языка нам выдал Эдвард Сноуден.