Воздушные пираты

«Язык» у нас есть, а второго можно и убить», — подумал он и отыскал взглядом Гаера. Дождавшись, когда тот на него посмотрит, показал в сторону, где остался рядовой Саймон, и провел по своей шее большим пальцем. Гаер кивнул и тут же бесшумно исчез в зарослях кустарника…

— Чем это ты его? — спросил Парсек, разглядывая неподвижное тело Саймона.

Без лишних слов Гаер похлопал себя по закрепленному на поясе ножу.

— У него жена и двое маленьких детей! — запричитал Ричардсон. — Кто теперь будет о них заботиться?

— Он знал, на что идет, — ответил Гаер.

 — Как и все остальные…

— О, мой бог! — Ричардсон пошатнулся. Он понял последнюю фразу буквально. Ведь под «всеми» этот русский подразумевал и его! Несмотря на смуглую кожу, пленный был бледен, его заметно трясло. Стараясь не смотреть на труп своего сослуживца, Ричардсон вдруг громко всхлипнул.

— О его детях позаботится Америка, — с сарказмом заверил Парсек. — У вас великая страна, и она не бросает семьи своих защитников.

Сказал и испытал чувство глубокого морального удовлетворения, поскольку Америка, помешанная на своей исключительности, сейчас в лице этого спецназовца тряслась не только перед ним, Парсеком, а перед всей Россией.

Утопив половину мира в крови, а другую, по сути, лишив суверенитета, Америка давно вышла за рамки общечеловеческих принципов сосуществования на планете. Знал Парсек и то, как заканчивают свою жизнь подобные Ричардсону и Саймону солдаты. Получив выходное пособие, они становятся лишней обузой для общества и пополняют ряды бездомных, гангстеров, самоубийц и наркоманов.

— В гробу я видел эту Америку! — взорвался Ричардсон. — Никому никто в ней не нужен!

— И это я слышу из уст элиты! — воскликнул Гаер, неожиданно перейдя на русский.

— Что? — Ричардсон захлопал глазами.

— Ты сильно не радуйся, — тоже на русском предостерег Парсек. — Он, может, просто твою бдительность притупляет.

— Вы жили в Америке? — неожиданно спросил Ричардсон.

Глаза спецназовца бегали, руки тряслись, а нижнюю губу сводила судорога.

Он, как мог, пытался скрыть страх, но голос иногда срывался на фальцет.

— С чего ты взял? — удивился Парсек.

— Просто не все мои знакомые так хорошо говорят на родном языке, как вы.

— Льстит, — сделал вывод Парсек, уверенный, что янки решил как-то расположить к себе русских.

— Это правда! — неожиданно перешел на русский Ричардсон.

— Форт Кэмпбелл, штат Кентукки, — отрапортовал Ричардсон уже на английском.

— Пятая группа, — констатировал Гаер.