Воздушные пираты

«А что если каким-то образом туркам удалось установить нашу причастность к ГРУ? — неожиданно подумал Парсек. — Тогда Россию обвинят в скрытой поддержке ИГИЛ! Стоп! А что за игру вели с нами Булут и Джунаид? Или они действовали отдельно друг от друга? Что если каждый преследовал свою цель? А если нет? Точно! — осенило его. — Нас второй раз попытаются преподнести американцам!»

От этих мыслей стало тошно.

Ибрагим, как и обещал, перевез Парсека и Гаера обратно в Турцию. Вопреки ожиданию это путешествие обошлось без особых приключений, если не считать, что при приближении к границе со стороны Сирии они дважды проезжали горящие колонны «наливников».

Российская авиация всерьез взялась за бизнес турецкой верхушки и методично долбила транспорт, на котором пытались вывозить из страны сырую нефть.

Парсек в очередной раз убедился, что граница с Турцией прозрачна. Более того, проезжающих через нее боевиков встречают и провожают едва ли не с почестями. Странным образом машину Ибрагима ни разу не остановили полицейские, хотя на ней были сирийские номера.

Парсек был уверен, что их ко всему прочему еще и сопровождают. Поначалу это вызывало тревогу. Он не исключал, что турки готовят очередной захват, а какой-то безлюдный участок дороги уже переоборудован в съемочную площадку. Однако в пути с ними ничего не произошло.

Неделю они безвылазно просидели на квартире в частном секторе портового города Измир. Небольшой домик с черепичной крышей располагался на склоне горы, аккурат под гигантской статуей Ататюрка.

Все это время живший с ними Ибрагим с утра до вечера где-то пропадал. Изнывая от неизвестности, Гаер с Парсеком говорили на какие угодно темы, но с таким расчетом, чтобы, в случае если дом напичкан прослушивающими устройствами, не дать повода заподозрить их в двойной игре. Они с утра до вечера хвалились любовными похождениями, травили анекдоты, рассуждали, как потратят заработанные деньги. Чтобы уж совсем не переусердствовать, пару раз заводили разговоры, в которых высказывали свои опасения по поводу своей дальнейшей судьбы. В этом случае Парсек играл роль оптимиста, тогда как Гаер предпочитал историю с плохим концом. Когда появлялся Ибрагим, Парсек или Гаер продолжали тему, поддерживая впечатление жадных, беспринципных и обиженных на страну людей. На исходе недели Ибрагим, наконец, объявил, что на следующий день они должны будут устроиться матросами на один из танкеров, и вручил им новенькие документы.