Воздушные пираты

Опустившийся до животных инстинктов, мужчина все свободное от работы время валялся перед телевизором, периодически выползая на кухню в майке и спортивных штанах с отвислыми коленками. Его больше заботили ощущение сытости да какой-нибудь тупой боевик. Оттого Парсеку было вдвойне обидно делить эту женщину с ним.

— От твоего дома до дома сестры от силы десять минут ходьбы, — стал рассуждать Парсек. — Как ты ему сейчас объяснишь, что шла почти час?

— Не знаю! — Готовая расплакаться Ольга повернулась к нему всем телом.

— Так, может, как раз это тот случай? — Он смотрел в синеву ее глаз, надеясь услышать такой долгожданный ответ.

— Я ведь тебя просила! — Ольга сложила на груди ладони лодочкой и взмолилась: — Не поднимай больше этот вопрос, не рви ни мне, ни себе душу!

— Я тебя провожу, — принял он решение.

— Нет! — Она категорично замотала головой. — Не надо.

Ольга сказала это с таким решительным видом, что Парсек заколебался. Появившаяся вдруг надежда снова стала призрачной, а в груди возникла ноющая пустота.

Она сейчас найдет, что сказать своему Кузикову, и все останется как прежде. А ведь он подспудно мечтал, чтобы этот Вадим застал их вместе! И тогда все решится, и она станет целиком его и не будет больше давить и душить мысль, что какой-то рыжий детина считает Ольгу своей. Перестанут терзать по ночам мысли, от которых Парсек садился в пустой постели и долго не мог прийти в себя. Он страдал от того, что другой в это время лапает ее тело, гладит бархатистую кожу, тискает упругую грудь… В голове начинало гудеть от одной только мысли, что кто-то имеет больше прав на такого родного и дорогого для него человека. Грудную клетку изнутри распирала ярость, душило бессилие.

«А что если плюнуть на все и пойти? — думал он. — И решить одним махом проблему». Разрубить этот узел сплеча, как когда-то дед, кубанский казак, рубил насаженные на колы кочаны капусты, тренируя руку. Нельзя сказать, что не мог Парсек решить этот вопрос. Напротив, проще простого сделать так, что не вернется Вадим из рейса.

И даже Ольга будет думать, будто отказали у него тормоза или замкнула ночью на стоянке проводка… Но не имел он морального права на это. Его обязанность и долг защищать страну и ее народ, а этот Вадим — частица этого самого народа, на верность которому Парсек присягал.

Он взял с полки ключи от машины.

— Довезу до «Спортмастера», оттуда пройдешь дворами, — произнес он глухим голосом.

Звонок в дверь застал Ольгу с открытым ртом и испуганным взглядом.