Онлайн-библиотека книг
Я вдруг понимаю, что не смогу быть с ним, если это действительно так…
Просто не смогу…
Как мне жить дальше? Я не смогу быть с ним ни после одной другой женщины. Больше никогда!
— Мира?.. — слышу тихий голос своей тени и вижу его ботинки вверх тормашками, вывернув голову.
— Ммм?.. — отзываюсь, возвращая взгляд небу.
— Пора домой. — Говорит Максут, опускаясь на корточки надо мной.
— Не хочу… — шепчу, не двигаясь с места.
— Мира, — вздыхает он.
Никто не заставлял его быть моей тенью. Пусть попросится в другой окоп!
— Уходи.
— Не усложняй.
Какой же он занудный!
— Проваливай.
— Мне велено привести тебя домой.
— Так веди.
— Ты знаешь, я не могу к тебе прикасаться.
— Тогда, пусть он сам придёт за мной.
— Он не придёт. — Очень мрачно отвечает Максут.
— Придёт… — шепчу, закрывая глаза.
— Нет."
"Сажусь и срываю с ноги балетку, кипя от злости и обиды. Швыряю её эту каменную башку с криком:
— Тогда я останусь здесь до утра!
Моя обувь ударяется о плечо этого умника, а потом рикошетит о моё.
— Бл*ть… — бурчит тот, мученически поднимая глаза к небу.
Отправляю в него вторую балетку и возвращаюсь в исходное положение.
Он придёт…
Придёт…
Глава 6
Летняя ночь — нежная хозяйка. Баюкала и оберегала мой тревожный сон под пение сверчков, а утро…утро, в таком случае, злой отец, потому что вместо прохлады я чувствую холод, который пробирается под пиджак Максута и кусается.
Ежусь и стряхиваю с ресниц сон, принимая вертикальное положение.
Моя тень безмолвно сидит за спиной, положив запястья на согнутые колени.
Подол моего платья мокрый, как и моя обувь. Спину ломит, а корсет — это пыточный инструмент, и я хочу скорее от него избавиться.
Мне хочется выплюнуть своё сердце и свою душу, чтобы они прекратили этот жалобный тоскливый вой. Тру кулаком грудь, глядя на огромный старомодный дом по ту сторону озера. Неприступный, как и его хозяин.
Запрокидываю голову, закрыв глаза, и делаю глубокий вдох. До боли в лёгких. Воздух свежий и влажный. Бодрящий. На моих волосах туман.
Спрашиваю хриплым скрипучим голосом, не оборачиваясь:
— Который час?
— Шесть. — Отвечает Максут.
Шесть.
Очень неловко поднимаюсь на ноги и потягиваюсь, разминая шею. Плетусь по изумрудному мокрому газону, и стряхиваю с плеч огромный пиджак. Забавно, что такому большому сильному мужчине приходится терпеть мои прихоти.
