Вожак

В том конверте документы о разводе. Если, конечно, она не пришла сюда из-за коммунальных платежей.

— Ты всех людей используешь? Всех до одного? — стараясь обуздать эмоции, бросает она.

— Я не считал. — Отвечаю, не открывая глаз.

Чувствую аромат её духов. Зара всегда пахнет так. Изыскано. Как дорогое вино. В этом вине не хватает пузырьков. Даже если трясёшь его, никакого взрыва. Поэтому я спокоен.

— Мой брат… — переходя на деловой тон, начинает она.

— Твой брат должен мне денег. И дядя тоже. — Сразу прерываю её.

Их семейка на редкость инфантильная.

— Боже! — нервно смеётся она. — Какая же я дура!

Иногда, но в основном нет.

— Хочешь назад свою мышку? — вдруг меняет тему моя собеседница.

Усмехнувшись и понизив голос.

Напрягаюсь.

— Расскажешь ей, как трахал меня?!

— Там есть что-то интересное? — спрашиваю в свою очередь, сохраняя спокойствие.

— Ты — чудовище! — ударяя кулаком по столу, выкрикивает она.

Открываю глаза и смотрю на неё. На любимую дочь своего отца. Красавицу, ни дня в своей жизни не работавшую.

Моя челюсть напрягается, как и мой собственный кулак.

— Ты не видела чудовищ, Зара. — говорю, глядя в её чёрные глаза. — А если увидишь, ни с кем не спутаешь. Я хочу, чтобы ты ушла. Ты получишь всё, что пожелаешь. Но, если пойдёшь против меня, пожалеешь.

— Марат… — шепчет она, роняя голову на грудь и прячась за волосами. Потом вскидывает её и продолжает шептать, глядя мне в глаза.

— Зара. Мы уже разведены. — чеканю в ответ. — На этом всё.

Её грудь начинает вибрировать, а глаза блестят.

Это всё лишнее.

Я не хочу это обсуждать. Не хочу тратить на это время.

— Я дам тебе всё, что пожелаешь. — повторяю ещё раз.

— Ты не можешь дать мне того, что я хочу! — кричит она. — Потому что не хочешь!

— Хорошо. — говорю, потирая переносицу. — Я дам тебе защиту и деньги.

Она запрокидывает голову и смеётся.

Хватает со стола свою сумку и уходит, бросив:

— Гори в аду!

Глубоко вздыхаю, посмотрев на часы.

В бешенстве ударяю кулаком по столу.

Это пожелание уже изрядно меня заебало!

Мне, итак, гореть в аду. Если он существует. Я собственной рукой спустил курок. Четыре раз. Четыре человека. Я не жалею. Кровь за кровь. После я не чувствовал ничего. Пустоту. Можно убивать сколько угодно, это не вернёт близких.