Вожак

Я хочу насладиться этой минутой, поэтому не тороплюсь.

Медленно снимаю переброшенную через плечо сумку и опускаю её на крыльцо. Зачёрпываю с перил горсть снега и леплю из неё неплотный снежок. Запускаю им в него с колотящимся сердцем. Попадаю прямо в макушку. Голова Марата дёргается, снег рассыпается по тёмным волосам и плечам пальто.

На его лице такое удивление, будто он не понимает, как такое могло произойти.

Из меня вырывается смешок.

Его глаза сужаются.

Кусая губу, беру ещё снега. Следующий снежок рассыпается о его широкую грудь, но Марат на всякий случай втягивает голову в плечи.

Я смеюсь в открытую, потирая замёрзшие руки, и спрашиваю:

— Ну…и где твоя охрана?..

— Ты за это ответишь. — Зачёрпывая снег, обещает он.

Пячусь к двери и хватаюсь за ручку, но с визгом отдёргиваю руку, потому что её обжигает колючих снежный ком!

— Аааай! — пищу я, прижимая руку к груди и отскакивая.

Коварство и прицельность этого броска заставляет меня смеяться опять.

Марат тоже смеётся и движется на меня, отряхивая руки.

Моё сердце сжимается.

Его улыбка такая открытая. Такая настоящая.

Он…потрясающий, когда улыбается…

Это…моя заслуга?..

Прижимаюсь спиной к стене, с замиранием сердца ожидая его приближения. Он взбегает на крыльцо, перепрыгнув через три ступеньки, и подходит ко мне вплотную. Поднимаю на него глаза, как пойманный кролик. Он кладёт ладони на стену, беря меня в плен. Опускает голову и прижимается носом к моей холодной щеке, от чего у меня слабеют колени и опускаются веки.

— Хочешь поиграть?.. — делая шумный вдох и водя носом по моей коже, бормочет он.

— Угу… — выдыхаю я, откидывая голову на стену.

Мой затылок покалывает. Голова кружится. Это так приятно. Так нежно…

Его ладонь обнимает моё лицо, гладит его. Сползает ниже. Оттянув ворот шубы, он проводит носом по моей шее и оставляет на ней тёплый поцелуй.

Из меня вырывается тихий-тихий стон. Он шумно вдыхает.

— Ты колючий… — севшим голосом бормочу я.

— Тебе не нравится?.. — возвращаясь назад, шепчет он.

— Нравится…

Он щекочет мою щёку, целует скулу, и замирает в миллиметре от моих губ, обдавая их своим дыханием. Впиваюсь пальцами в ладони, приоткрывая губы. Они покалывают. Это пытка. Жду, что сейчас он меня поцелует, хватаясь за борт его пальто."

"Вместо этого, мой муж отстраняется, сверкнув дьявольской улыбкой, и, присев, молниеносно забрасывает меня себе плечо!

От неожиданности я “охаю” и смеюсь, теряя шапку и путаясь в своих волосах.