Вожак

Зара в панике шарахается, но я не смотрю на неё. Я смотрю только вперёд. Всегда блять смотрю вперёд! Жизнь имела меня, пока я сам её не отымел. Теперь я смотрю вперёд, всегда.

Меня душит страх. Как удавка. Это мерзкое чувство. Знакомое мне, но давно забытое.

Считаю мелькающие на табло этажи, упёршись ладонями в хромированную стену.

Быстрее…

Ну!

Мира…зачем?..

Зачем ты пошла, твою мать?!

Почему ты такая непослушная, любимая?!

Закрыв глаза, я считаю минуты. Пока еду в машине. Считаю каждую долбаную минуту.

— Быстрее. — Сиплю водителю.

Он включает маячёк.

Быстрее.

Я не смотрю по сторонам. Я смотрю в себя.

Это не было бы проблемой, если бы речь шла о Заре. Она бы приняла меня любого. Но не Мира. Ей ничего от меня не нужно, кроме меня самого. Так было всегда. Это то, что поняла Зара. Поэтому она так испугалась. Потому что то, что она сделала…я не знаю, как это исправить. Она испугалась, потому что поняла — это нельзя блять исправить!

Её дом заметён снегом.

Он шёл весь день.

Её дом в огнях.

У меня есть ключ. Но, она об этом не знает. Я всегда рядом. Она не знала об этом.

Звоню в дверь, считая секунды.

А когда дверь открывается, я сглатываю. Опять.

Тина смотрит напряжённо и молча отходит в сторону, резко отвернувшись.

Блять. Блять. Блять.

Холл, коридор. Первый этаж. Третья дверь справа. Там они живут.

Врываюсь в комнату, замерев на пороге.

Мира сидит на полу и наблюдает за Дауром, положив голову на кровать и обняв себя руками. Рядом на полу пальто и ботинки. Красные. Её волосы стелятся по плечам. Белые, как лён. Нежные и мягкие. Как и вся она. Мой сын ползает по полу не обращая на меня внимания. У него мои глаза. И моё лицо.

Они оба мои.

— Мира?.. — зову я напряжённо, потому что она никак не реагирует.

Она шмыгает носом, утирая его рукавом белого пушистого свитера, в котором была сегодня утром.

В два шага оказываюсь рядом и приседаю на корточки, расстегнув пальто. Обхватываю её подбородок пальцами, заставляя смотреть на себя. Белая кожа, маленький породистый носик, густые светлые брови и розовые губы. Это лицо я увидел пять лет назад. Когда пришёл в дом её отца. Эти волосы. Таких нет ни у кого. Эти стройные ноги и тонкие кости. Эти глаза. Распахнутые. Пугливые и чистые. Хотел её. Сразу захотел её себе. Это было так остро. Так чертовски остро.