Вождь. «Мы пойдем другим путем!»

И то, что меня привечает Император, ничего не значит. Разве что ему очков добавляет в глазах народа. Дескать, князь и Император против армии чиновников. Поверь – если они попробуют писать что-то против меня, их смешают с такой грязью, что не пересказать.

– Сами себе злобные буратины?

– Ты совершенно верно поняла идиому, – кивнул Владимир. – Именно так. И я буду очень рад, если они выставят себя в не лучшем свете.

– А что будем делать мы?

– Полностью игнорировать эту их возню. И издавать, издавать, издавать.

В каждую крестьянскую и рабочую семью должны попасть книги. Наши книги. Как минимум букварь, какая-нибудь хрестоматия и учебник арифметики. Рано или поздно это приведет к тому, что мы добьемся официального признания уже свершившегося факта от Государственного совета.

– Крестьяне… и как ты предлагаешь им вручить эти книги? Они ведь голодают. Денег нет совершенно.

– А ты думаешь, у испанцев были деньги на эти два броненосца? Схема проста и предельно ясна. Создаем фонд, который начинает собирать пожертвования на борьбу с безграмотностью, а потом просто развозит эти книги по домам.

Обрабатывая уезд за уездом. Бесплатно. В подарок. А учредители Императорская чета и мы…

Часть V. Свободу Анджеле Дэвис!

– Всем оставаться на местах! Это ограбление!

– Ты что, охренел, какое ограбление?

– Пардон, это погром!

Андрей Иванович Сидоренко, бывший в будущем капитаном ФСБ, стоял на чердаке одного старого, ничем не примечательного особняка и неспешно пыхал вкусной, ароматной сигарой.

Когда еще такой случай представится? А рядом ждал своего часа кинематографический аппаратик. Да-с. Такие виды не каждый день случаются. Впрочем, Сидоренко был не одинок – тем же самым занимались еще семь наблюдателей с прочих ракурсов. У этого аналога «11 сентября» нельзя было упускать даже мельчайших подробностей.

Но вот от корабля отвалила шлюпка с последней партией офицеров, оставив на борту только негров и несколько провинившихся бледнолицых матросов.

– Двадцать один час десять минут, – тихо сам себе буркнул Сидоренко и, тяжело вздохнув, пошел проверять аппаратуру. Минут через десять ее нужно было включать. А то мало ли кто чего.

За этой возней он и не заметил, как пролетело время.

Он запустил съемку, а сам уселся удобней в кресло с хорошим видом – ждать начала шоу. Не хватало только попкорна и пива.

Взрыв прогремел ровно в 21.40 и совершенно неожиданно. Даже несмотря на то, что его ждали.