Вождь. «Мы пойдем другим путем!»

За этими приятными мыслями Владимир и добрался до Зимнего дворца, благо что от особняка Юсуповых он был недалеко.

– Прошу вас, – широким жестом пригласил слуга Вову в небольшой зал, где его уже ждали Император, Императрица и Цесаревич.

Небольшой приветственный ритуал прошел настолько быстро, насколько это было возможно.

– Владимир Ильич, вы вновь смогли нас приятно удивить, – мягко произнесла Мария Федоровна.

– Служу Империи и престолу, – чуть кивнул Ульянов в весьма неканоническом ответе.

– Хорошо служите, – отметил Александр Александрович.

– Но вы ведете свою игру, – продолжила за него Императрица. – Мы верим, что она, несомненно, в интересах России, но хотели бы знать, что конкретно вы делаете и к чему стремитесь.

– Вы опасаетесь за Адмиралтейство? – осторожно спросил Владимир.

– Весь Санкт-Петербург, затаив дыхание, следит за тем, как вы поступите. Слухи ходят разные…

– Понимаю, – улыбнувшись, кивнул Владимир. – Толпа, как обычно, хочет хлеба и зрелищ. Но смею вас расстроить, противостояние с Адмиралтейством я всего лишь обозначу.

– Foreign-office? – удивленно выгнул бровь Император. – Мы думали, что все банальнее и проще.

– Если бы, – вздохнул Ульянов. – Я люблю Зинаиду Николаевну, чем наши враги и постарались воспользоваться. К счастью, мне удалось довольно быстро раскусить их задумку. А то ведь, признаться, поначалу такие мысли в голову приходили, что самому стыдно.

– Любите, значит, – задумчиво произнесла Императрица.

– Совсем? – удивилась она. – От него погибло много людей.

– Я ее люблю и хочу свататься после завершения светского траура. Но понимая, что с такими вещами не шутят, я снял это проклятье. – В этот момент на лицах всей августейшей фамилии отразилось глубочайшее удивление, однако никто из них не решился уточнять, как именно подобная вещь была сделана. – Но она должна быть счастлива – со мной или без меня. А вообще, если честно, я не надеюсь на успех сватовства.

– Вы дворянин, который много сделал для престола, – отметила Императрица. – Три раза спасали жизни членов Императорской фамилии. А это…

– Четыре, – перебил ее Ники.

– Что четыре? – удивился Александр Александрович.

– Вчера мне пришло письмо от Жоржа. Лекарства, которые прислал Владимир Ильич, помогли, и он пошел на поправку. Ему уже намного легче.