Возле Тьмы. Чужой

Топика была пуста, «мутных мест» в ней тоже не заметил, равно как и гуляющих по улицам тварей. И аэродром был совершенно пуст, из чего я сделал вывод, что отсюда все выгребли. Заодно попытался вспомнить, откуда мне знакомо название этого городка. И вспомнил — из романа Стивена Кинга про такую вот всемирную эпидемию, только не кори, а гриппа. В романе присутствовал детский паровозик из детской книжки, не помню даже зачем, и ходил этот паровозик как раз от Топики до какого-то другого места. Это другое место забылось, а Топика запомнилась.

В Канзас-Сити аэропорты тоже были, несколько даже, но вот сам город желания приблизиться не вызывал: он был почти полностью покрыт «мутным пятном», так что держаться от него хотелось подальше. И в этой точке я наконец свернул к северу, решив, что уже достаточно удалился от вероятного района поиска. Если, конечно, меня там кто-то будет искать. И взял курс на север, через границу с Миссури.

Первым пунктом в списке на обследование был городок Тэркио с маленьким муниципальным аэропортом с единственной полосой.

Покрутился над городом, но признаков жизни или чего нехорошего не обнаружил. Даже с воздуха было видно, что на улицы нанесло мусора и пыли, что машины у домов тоже этой самой пылью покрыты, в общем, все признаки заброшенности налицо. Наловчился я уже эти признаки определять, практики до черта.

"Ладно, есть смысл сесть в этом месте, может, и вправду что-то найду. В смысле «авгас». И в баках пока горючее еще осталось: обломаюсь в этом месте — полечу дальше. Зашел с юга на север, приладился к неширокой асфальтовой полосе и уже вполне привычно и даже как-то ловко посадил самолет. Погасил скорость и по ходу дела прирулил к скоплению небольших ангаров в дальнем конце поля. Тут и диспетчерская, и стоянка, и все прочее. И где-то здесь может быть заправщик — запас бензина в таких местах хранится обычно в машине: и заправлять проще, и лишнего переливания не надо.

«Фоксбэт», устало тарахтя двигателем, свернул на небольшую стоянку, встал рядом с бело-синим «Бичкрафт Барон», грязным, как и весь окружающий пейзаж. Пыль садилась и дожди шли, размывая ее в грязь. Затем и движок заглох, накатила, как удар подушкой, тишина.