Возлюбленная герцога

Собравшаяся толпа как будто выплюнула из себя этого головореза, вытолкнула на несколько ярдов вперед, во двор, и он остановился в полудюжине ярдах от Эвана. Почувствовав нетерпение толпы, он сделал то, что обычно стараются сделать мужчины, не владеющие особым мастерством и не слишком смышленые.

Он начал хорохориться и всячески запугивать соперника.

Не слушая угроз, Эван обвязал веревкой еще один ледяной блок и сосредоточился на толпе, зная, что, если ирландец начнет драку, Гарден ее завершит.

Он был готов к бою много дней. Месяцев. Пару десятков лет.

Волоча тяжелый лед, он игнорировал жгучую боль в плече и просто шел через двор, на этот раз хорошо видя громилу, который кинется на него первым. Отмечая невнятность его ирландской брани. Отмечая, что он слегка покачивается, теряя равновесие, даже когда стоит на месте.

Этот человек пьян. Что означает – драка вот-вот начнется.

Толпа тоже это знала. Все образовали круг, надвигаясь на Эвана. Создали им ринг. Он продолжал смотреть в дальний конец двора, при этом наблюдая за лицами. С дюжину уже напряглись. Готовы ввязаться.

Комок грязи ударил Эвану в затылок.

Он остановился. Замер. Обернулся.

Головорез приближался.

– Я с тобой разговариваю, герцог.

Их разделяли восемь футов.

Эван посмотрел на крышу, откуда наблюдала Грейс, не отрывая глаз, как и весь остальной Гарден. Сердце его заколотилось, грудь словно расширилась.

Он хотел показать ей, на что способен.

И когда нанесли удар, он был готов.

Он поймал кулак напавшего, испугав его. Челюсть ирландца отвисла, а брови Эвана взлетели вверх.

– Не ожидал, что герцог владеет правым хуком, а? – негромко произнес он, подпуская в голос немного Гардена.

Глаза противника широко распахнулись, но он тут же нахмурился.

– Ниче ты еще не добился, франтик.

И собрался подкрепить свои слова, широко замахнувшись кулаком размером с окорок.

Эван уклонился от удара, выпрямился и всадил кулак прямо в рожу ирландца.

Если ответ и последовал, он затерялся в реве, который издала толпа; он эхом отражался от кирпичных стен склада. На мгновение Эван подумал, что это мог быть рев восторга.

Но скоро понял. Это был не зрительский восторг. Это было упоение битвой.

Весь двор наблюдал и ждал, желая пустить в ход и свои кулаки. И теперь их одарили настоящей дракой.