Возлюбленная герцога

Он знал, что это всего лишь фокусы, но все равно полностью отдался волшебству момента.

И в ту минуту, познавая Доминион его глазами, Грейс поняла: она никогда не пожалеет, что позвала его. Он принял приглашение, пришел в клуб и от души увлекся всем происходящим, а значит, подарил ей надежду.

А ведь именно этого она и хотела, верно?

Безумно, нелепо, невероятно и болезненно.

Когда они танцевали, он поднял ее высоко в воздух и подарил удовольствие, в котором она всегда себе отказывала. Свободу. Радость. Счастье, пусть и совсем чуть-чуть.

Разве они не заслуживали этого? После стольких лет?

Заслуживали, и они вошли в центральный овальный зал клуба, превращенный в своего рода цирк-шапито – роскошная мягкая мебель была отодвинута к стенам, а с потолка свисала большая трапеция, на которой выступала воздушная гимнастка, обладающая невообразимой грацией и ловкостью. На нее смотрели зрители – Грейс быстро подсчитала, человек пятьдесят.

– Твой клуб, – негромко произнес он.

Она взглянула на него, ничуть не удивившись его осведомленности.

– Как много тебе известно?

– Знаю, что он для женщин, – ответил Эван.

– Верно, и ни в одну ночь, кроме Доминиона, как сегодня, мужчины без сопровождения сюда не допускаются.

– И как тебе удается не впускать сюда мужчин после того, как они здесь хоть раз побывали?

– Превосходный вопрос. Мужчины весьма любопытные животные, верно? Они не допускают нас в свое пространство, им претит мысль о том, что у нас может появиться наше, личное.

– Тебе это известно лучше прочих.

Смысл его слов был очевиден. Ее лишили титула, а когда она ясно дала понять, что он ее не интересует, стали угрожать самому ее существованию. Грейс сглотнула, сообразив, что их мысли совпадают, и снова окинула взглядом комнату.

– Гостям разрешается приходить только с моего официального разрешения.

– И ты, конечно, наводишь о них справки.

– Самым тщательным образом. А когда я даю свое одобрение, мои служащие завязывают им глаза, доставляют их сюда и проводят в клуб по подземным туннелям.

Он тотчас же взглянул на нее.

– Меня не приводили.

– Нет, – мягко отозвалась она. – Тебя не приводили.

Вероник хотела доставить его в клуб вместе с остальными мужчинами, утверждая, что из всех, кому разрешили сегодня присутствовать, Эван наиболее опасен – в конце концов, разве не так это было всегда?

Грейс отказалась, поставив на кон свое доверие. Свою надежду. И не считала, что совершила ошибку.

«Пожалуйста, – думала она, – пусть это не будет ошибкой».