Возлюбленная герцога

– Я хочу, чтобы ты трогал себя, когда я буду кончать.

Его пронзил невыразимый восторг, что-то вроде благодарности, а не просто желание. И потребность тоже.

Он взял его в руку. Никогда еще он не был таким твердым. Таким жарким. Таким жаждущим. И начал гладить себя в такт ее движениям, наслаждаясь ее вкусом на губах, любуясь тем, как она движется, прижимаясь к его рту, и собственная рука дарила ему невыразимо прекрасный опыт.

Ее пальцы у него в волосах сжались сильнее.

И с самым грязным ругательством, какое он когда-либо слышал, она испытала удовлетворение, выкрикивая его имя в темноту комнаты, а он помогал ей руками, и губами, и языком, чтобы она познала все возможное наслаждение.

Когда она начала приходить в себя, его язык сделался нежнее, пальцы не шевелились, пока она пульсировала вокруг них. А затем она подтянула его вверх, к себе, хрипло повторяя его имя и желая еще больше.

Грейс в последний раз содрогнулась от наслаждения, а Эван поднял голову и вытянулся рядом с ней, желая только одного – держать ее в объятиях, целовать в висок и уговаривать уснуть.

Но у Грейс имелись другие планы. Она мгновенно поменяла позицию, толкнула его на спину и уселась верхом.

– Ты не кончил, – прошептала она и поцеловала долгим, чувственным поцелуем, грозившим свести его с ума, ведь у него на губах еще оставался ее вкус.

Эван покачал головой.

– Я и не хотел, – сказал он. – Это было для тебя.

– М-м-м… – протянула она низким, грешным голосом, наклоняясь, чтобы снова его поцеловать.

Не будь он уже твердым, как железо, этот ленивый, полный удовлетворения вопрос и ее мягкая тяжесть привели бы к такому же результату.

Она потерлась об него раз, другой, он застонал, а она уселась ему на ноги и взяла его в руку. Ее ласкающие пальцы были уверенными и сильными.

– Я хочу вот этого. Хочу тебя.

– Все, чего только пожелаешь, – ответил он, напрягая каждый мускул, чтобы не притянуть ее к себе, перевернуть на спину и сделать все самому.

Казалось, она это поняла, начала гладить его руки, грудь и снова вернулась к твердому, восставшему естеству. Опять потерлась о него, и оба они задышали хрипло и часто, когда он прижался к самому ее средоточию.

– Мне это нравится, – сказала она.

– М-м-м… – промычал в ответ он. – А мне нравишься ты.

Грейс посмотрела на него, глаза ее заблестели от удовольствия.

Как она может в этом сомневаться? Эван положил руку ей на щеку и посмотрел в глаза.