Возлюбленная Хаоса

Я поёрзала и сжала пальцы. Принялась их нервно перебирать, комкая лёгкую простынь, укрывшую тело. А что, если…

Взгляд метнулся к серьёзному лицу Реддарка. Даже во сне он выглядел напряжённым и сосредоточенным. Широкая ладонь обвила талию, ревностно прижав к твёрдому животу. Горячий, какой же он всё-таки горячий. Азаилу хватило решительности не беречь меня и сдаться за волю чувств, Дарк же, наоборот, постоянно сдерживается, но вдруг он совершает ошибку? Вдруг оба мы совершили этот просчёт ещё тогда в эльфийском лесу?

Извернулась под его тяжелой рукой, провела ладонью по выступающей скуле, тугим мышцам шеи, груди… коснулась пресса.

Демон прерывисто задышал. Его большой член стал наполняться кровью, стремительно твердея. Что я творю?..

Но руки сами потянулись вниз, пальцы обхватили толстый ствол, обрисовали вены. Он распахнул красные глаза и удивленно уставился на меня, не веря своему счастью. Я так долго его игнорировала, избегала и пыталась идти против нашей природы.

— Идём, — шепнула очень тихо.

 — Хаос ждёт нас.

Глава 24. Давно забытый древний

Если кто-то из мужей и проснулся, то не подал виду. Дарк прошёл в гостиную и вопросительно поднял бровь, скрестив руки на мощной груди.

— Полетаем? — я подошла к нему вплотную, ощущая, как он напряжен. Как ему хочется отбросить всю сдержанность и разложить меня на знакомом пушистом ковре.

— Ками, в чём дело? Ты только что льнула ко мне, как изголодавшаяся по ласке кошка. — Красные глаза пристально следили за каждым жестом. Ловили тихие вздохи.

Дарк сжал челюсти, чтобы не сорваться.

— Ты испробовал свои крылья? — пропустила вопрос мимо ушей, подходя ещё ближе. Они были гладкими и горячими. Достаточно плотными, чтобы выдержать большой вес.

— Нет, даже и не думал об этом, — ответил мужчина, немного расслабившись. Неотрывно следил за прикосновениями к его крыльям.

— Знаешь, эти крылья похожи на драконьи. Очень похожи.

Немного шершавые, с зацепкой-когтем на сгибе, явно предназначенные для полётов.

— До Храма не очень далеко.

Полетаем? — снова предложила, уж чувствуя нетерпение, разгорающееся в животе. Решительность, наконец, познать себя, не бежать от истинной природы, а поддаться ей. Откупорить запретный сосуд наследия Перворожденных.

— Хорошо, но сначала я взлечу один, — демон взмахнул крыльями, едва не задев несколько дорогих редких ваз, украшавших комнату.

— Пойдём, — не заморачиваясь с одеждой, как и была, в коротенькой ночной рубашке и босиком, я потянула демона наружу. Во двор.