Возлюбленная Хаоса

И ОН точно это замечает. Уверен, вы найдёте общий язык, когда пообщаетесь… Да и ты станешь гораздо сильнее и… целостнее, если так можно выразиться, если Химера сольётся с каждым из избранников.

Не поняла. Это Кас на что сейчас намекает? Но длинноволосый мужчина лишь нежно куснул меня за ухо, от чего колени подогнулись, задрожав, а упомянутая драконица взвилась, подначивая меня на различные непотребства.

«Камилла, твои эмоции такие вкусные… Хватай Каса и в лес, развлечёмся», — настаивала Химера.

И, к моему ужасу, я почти согласилась, если бы не…

— Садись спереди, — властно скомандовал голос с притягательной горчинкой.

Хрипловатый. Знойный, как пески пустыни.

Я обернулась и наткнулась на широкую спину и чёрные крылья. Присланный сорвей выглядел ещё огромнее Сони и Привереды. Из ноздрей монстра выходил воздух, смешанный с дымом. Должно быть, внутри него настоящее пламя Хаоса. Как и ожидалось, зверюга охотно повиновалась Реддарку.

«Одного поля ягодки,» — зло подумала я, подхватывая с земли рюкзак, вмещающий все мои вещи: учебники и даже могильную лилию, захваченную из дома.

— Будь осторожен, — мимолётно поцеловала дракона. Мне почудилось, что спину, как железом раскалённым, обожгло. Но нет. Реддарк безразлично смотрел в сторону. Подошла к сорвею, провела ладошкой по панцирным пластинам на голове существа. Постепенно страх, которым наградил меня тот случай в загонах, отступал. И зверюги стали казаться не такими уж и противными.

— Давай руку, — ко мне протянулась сильная широкая ладонь.

Я колебалась всего мгновение, прежде чем принять её. Маленькие тонкие пальцы просто утонули в ручище рогатого демона. Его кожа по-прежнему была слишком горячей. Да и вообще, ему словно было жарко. Он напялил только тонкую хлопковую рубаху, сделав неаккуратные прорези для крыльев. Да и штаны на нём сидели слишком плотно, едва ли скрывая наготу, скорее, наоборот, подчеркивая всё возможное.

«Дорога будет невероятно долгой», — подумала, стоило горячей груди коснуться моей спины, а чужому дыханию взметнуть серебряные пряди.

Она пахла как юранский шиповник. Волнующе, терпко. Южной розой опутывала меня шипастыми стеблями и этими же острыми иголочками не давала приблизиться. Ширкасс следовал за женой по пятам, лишь однажды подошёл ко мне и попросил наложить морок.

— С тобой или Сагаром я не поеду, да и привычнее мне на крыльях, — мужчина повёл плечами, словно разминаясь, — доверю Ками тебе. Отвечать будешь рогами…

Я хмыкнул.