Возлюбленная

– Ну, тогда вы с Диллоном поладите. Этот мальчик обожает создавать новые шедевры, как он их называет. Он всегда экспериментирует и добавляет все новые блюда в меню паба. Местная публика любит приходить и пробовать его новые рецепты.

Лили собрала свои вещи и встала с дивана.

– Я быстро справлюсь, – улыбнулась она Холли.

Лили вышла на солнечный свет. Еще несколько дней назад все вокруг было покрыто слоем снега, а сейчас было такое ощущение, что уже давно весна. Среди камней выложенной дорожки, спускающейся вниз по владениям семьи Колтер, были высажены цветы.

На некоторых уже образовались бутоны, готовые вот-вот распуститься.

Достигнув небольшого возвышения, с которого просматривалась долина, она остановилась и села на большой валун прямо рядом с тропой. Открывшийся вид был просто идеальным. Перед ней простиралась долина, покрытая дикими цветами. Горные вершины, выделяющиеся на ярком голубом небе и устремлявшиеся вверх, были все еще покрыты снегом.

Впервые за долгое время она просто смотрела, впитывая в себя мир и красоту, которые, казалось, заполняли собой все вокруг.

И тогда она начала рисовать. Она полностью погрузилась в творческий процесс. Временами прерывалась и бормотала себе что-то под нос, потом хмурилась, если линии выходили так себе. Она тщательно следила за цветом и смешивала оттенки, если у нее не оказывалось необходимого цвета.

Спина заболела, но Лили продолжала рисовать. Начав, она уже не могла остановиться. Это было словно наваждение. Будто ее пальцы ожили. Она была в восторге от того, как порхала ее рука по бумаге.

Ее запястье свело, потому что пальцами слишком крепко сжимала карандаши, но она продолжала рисовать, стремясь достичь совершенства.

Солнце уже начало опускаться за горизонт, когда ветер донес до нее звук ее имени. Она выпрямилась и едва не упала, потому что каждый мускул ее тела завыл от боли.

Это было совсем близко. Она нахмурилась. Голос похож на Диллона. Она потянулась, чтобы размять ноющую спину, а когда попыталась встать, колени подогнулись, и она шлепнулась на камень.

– Чет возьми, – пробормотала она.

Этот окрик был похож на Майкла.

– Я здесь! – крикнула она.

Вспомнив о разбросанных карандашах, валяющихся теперь на земле, она слезла с камня и, встав на колени, начала распихивать их по карманам.

– Я тут! – снова выкрикнула она. – Одну минуту. Уже иду, – она едва успела захлопнуть альбом для рисования, как из-за угла показались Майкл и Диллон.

– Где ты, черт возьми, пропадала? – потребовал ответа Майкл.