Возлюбленная

И это определенно делает тебя счастливой.

– Так и есть, – мягко согласилась она. – Я даже забыла, насколько сильно.

– Давайте, ужинать, – предложила Холли, нарушая неловкую тишину. – Потом вы, мальчики, можете забрать Лили домой. А то она выглядит, будто вот-вот упадет.

Верный своему слову, Диллон на следующий день устроил дома в своем кабинете такой склад художественных принадлежностей, что Лили была в замешательстве, с чего начать сортировку.

– Нам нужна дополнительная комната, впрочем, этот кабинет станет тебе идеальной студией, – сказал Диллон, когда принес последний ящик.

– Много естественного света из окон и люков в крыше. Как только разберемся с преобразованием дома Майкла в новую клинику, мы собираемся заняться пристройкой к дому.

– Я могу занять диван, – сказала Лили. Затем покраснела. – То есть на ночи, когда я не с одним из вас.

– Сомневаюсь, что это случится. У нас достаточно спален, пока мы не сможем добавить. Если кто-то будет лишним, или когда захочешь, чтобы тебя оставили в покое, – один из нас может спать на диване.

– Я всегда буду хотеть вас, – ответила она мягко. – Я не хочу быть в одиночестве. Я была одинока так долго. И знаю, каково это. Я устала от одиночества.

Улыбка исчезла с лица Диллона, а взгляд потух, когда он притянул ее в свои объятия.

– Ты никогда не должны быть снова одна, Лили. Ты можешь здесь командовать. С тобой будут те из нас, кого захочешь. Мы никогда не станем давить на тебя.

Она жадно его поцеловала, прижимаясь сильнее.

Лили любила ощущать твердость его мускулов. Он заставил ее чувствовать себя защищенной и желанной. Любимой.

– Я собираюсь оставить тебя с этим, – сказал Диллон. – Проведи весело время со всем своим штучками и используй столько места, сколько понадобится. Мне нужно бежать на встречу с папой и Майклом. Они хотят, что бы я посмотрел их планы.

– Со мной все будет хорошо. Я, как правило, теряю чувство времени, когда вожусь со своими художествами. И наверное, все еще буду здесь, когда ты вернешься.

Диллон подарил ей быстрый поцелуй, хлопнул по попе и вышел из кабинета.

Довольно улыбаясь, она развернулась. Лили действительно не знала, с чего начать, но была готова погрузится в радость воплощения на холсте образов, которые были ей поддержкой во время жизни на улице в течение долгих недель и месяцев.

– Папа, можно тебя на минутку? – позвал Адама Диллон.

Адам положил рулетку и бросил взгляд на дверной проем.