Возлюбленная

Майкл поспешил в душ, поражаясь тому, как оживился, просто зная, что проведет вечер с Лили. Легкость, с которой они все приняли их новый быт, все еще его удивляла.

Лили словно всегда была их частью. Или, возможно, они ждали все время только ее.

Он покачал головой из-за этой мысли. Кто он такой, чтобы спорить с судьбой?

Он вернулся на кухню, где Лили освободила два места. Она разложила по тарелкам вкусно-пахнущий гумбо с рисом, когда он уселся на свой табурет. Прогнала котенка прочь и затем поставила тарелки на стол.

– Как продвигается строительство? – спросила она, когда села рядом с ним.

Он тянул с ответом, смакуя первую ложку пряного теплого супа.

– Черт, это превосходно.

– Спасибо. Я рада, что тебе понравилось.

– Отвечая на твой вопрос, думаю, что все хорошо. Быстрее, чем я себе представлял. Папы просто молодцы. Они посвятили почти все свое время проекту, Сет и Диллон принимают участие, когда могут. Я бы не продвинулся даже дальше стадии проектирования, если бы не они.

– Очень хорошо, что в доме так много мужчин с золотыми руками, – с лукавой улыбкой заметила она.

Он посмеялся над шаловливым намеком.

– Тебе повезло, что дело обстоит именно так.

– Я скучала по тебе, – сказала она просто.

Он положил ложку на стол, притянул ее к себе, и поцеловал; их языки были теплыми от гумбо.

– Я тоже скучал по тебе. Поэтому сейчас дома. Не мог дождаться, когда увижу тебя.

Ее улыбка была застенчивой, но глаза загорелись от удовольствия. Его желудок перевернулся от головокружительного удовлетворения, что он дал ей такую радость.

– У тебя, должно быть, все болит, – непринужденно спросила она, когда они продолжили есть. – Подумала, может, после ужина мы пойдем в гостиную, и я сделаю тебе массаж.

Если бы кто-то зажег спичку под его задницей, то он бы не почувствовал такого жара, который опалил его тело, когда всего лишь вообразил ее руки на своей коже.

– Лили, ты пытаешься меня соблазнить?

Ее глаза невинно округлились.

– С чего ты взял? Я просто стараюсь быть хорошей девочкой и предлагаю расслабиться своему мужчине после трудного рабочего дня.

Он усмехнулся от ее нахального тона. Чем дольше находилась с ним и его братьями, тем больше она расслаблялась. Из ее взгляда исчез тревожный и осторожный огонек, отступили тени, и он озарился новым светом. Она дразнила их и мстила каждый раз, когда они делали какую-нибудь херню. Она становилась такой, какая она есть на самом деле.

Было удивительно это видеть. Она расцветала на глазах.