Возлюбленная

Лили озадаченно посмотрела на Сета.

– Ты не вернешься назад в Денвер?

Мужчина улыбнулся ей.

– Нет. Я заступаю на должность шерифа в Клайде. Если мы хотим, чтобы у нас все получилось, то я не могу находиться в Денвере. Майкл и Диллон уже здесь обустроились. Сейчас мне важно переехать.

– Что не может не навести на вопрос о твоем местожительстве, – произнес Майкл. – В таком случае, где бы нам остаться всем? Всем нам.

– Здесь, – выпалил Диллон.

Лили сидела с совершенно растерянным выражением лица, будто не совсем понимая, о чем идет речь.

– Это самое важное, – продолжил Диллон, когда никто не заговорил. – Здесь просторнее, чем у тебя, Майкл, а у Сета в городе вообще нет жилья. Тут вон есть даже комната для отдыха, и что самое главное, она уединенная.

– А что насчет дома Майкла? – спросил Сет.

– Он мог бы вернуться на практику в этот крошечный дурацкий офис в городе.

Идея Диллона была сущим пустяком. Майклу не нужен был постоянный офис, а у Диллона было идеальное место для всех четверых.

– Что ты думаешь, Лили? – спросил Сет. – Ты готова остаться здесь?

Майкл переплел ее пальцы со своими и, посмотрев на нее, увидел в глазах Лили столько печали, что она была ему как ножом по сердцу. Он поднял ее кисть и поцеловал ладошку.

– Оставайся с нами, Лили. Ты не пожалеешь.

Девушка по очереди взглянула на каждого брата, порадовав их сияющим взглядом.

– Вы правда все хотите… меня? Вы действительно хотите на это пойти?

Диллон и Сет кивнули.

– Действительно, – подтвердил Майкл.

– Ну тогда ладно, – мягко произнесла она. – Я останусь здесь с вами… Со всеми.

Майкл даже не обратил внимания, насколько крепко держал ее руку, пока не ощутил ее дрожь по всему телу.

Затем он переглянулся с братьями, молча ожидая согласия. На лицах у них была написана явная решимость, а все внимание было приковано к Лили. Но как только они посмотрели на Майкла, он понял, что они также хотели, чтобы у них все получилось, как и он сам.

Ужин прошел на редкость непринужденно. Для Лили это стало взглядом в будущее, чем-то таким, наполняющим ее сердце надеждой и восхищением. Братья обменивались шутками и безжалостно подтрунивали друг над другом, но было совершенно ясно, что их связывали крепкие узы преданности и любви. Такое же ощущение у нее появилось, когда она переступила порог дома их родителей.

Ей безумно этого не хватало. Чего-то очень прочного. Снова быть членом семьи.