Довольно большой опыт в отношениях с женщинами подсказывал ему, что Рэйчел повзрослеет сразу же после их первой брачной ночи…
Но следует признать, он никогда не знал Рэйчел по-настоящему. Оказалось, что она мастерски вела домашнее хозяйство Мередитов. Подтверждением тому был безупречный порядок в их делах и счетах. Но теперь от чувственной пылкости, воодушевлявшей девятнадцатилетнюю Рэйчел, не осталось и следа. Она из вежливости пробормотала несколько неловких фраз, отпрянула от Коннора, когда он коснулся ее, потому что он явно не вызывал в ней никаких нежных чувств, да к тому же напугал ее, ведя себя как неопытный юноша.
Ему следовало бы завладеть Рэйчел, когда у него было на это больше прав и возможностей…
Вчера, забыв о благоразумии, Рэйчел позволила ему успокоить ее и проводить домой. Но сегодня (судя по тому, как строго она держала себя с ним) Рэйчел вновь обрела рассудительность и, видимо, дала себе слово никогда больше не проявлять слабость в его присутствии. Коннор, видя ее искреннее страдание, понимал, что подал ей лишний повод ненавидеть его.
Смерть сестры Изабель бесконечно опечалила Рэйчел, и ему, вероятно, не следовало тогда вмешиваться в ее сугубо личное дело, не следовало теребить ее душу. Но он, тем не менее, был рад, что оказался рядом с нею в трудную для нее минуту. Нет, конечно, он не помог ее горю, но был доволен, что смог облегчить ей душевную боль. И вот теперь круг замкнулся. Она пригласила его к себе в дом. Интересно, язвительно подумал Коннор, уж не хочет ли она отдать ему должок… Ведь он был уверен, что Рэйчел намеревалась попросить его о чем-то.
Но о чем?..
– Я скажу вам, что привело меня вчера в ваш дом и почему я, забыв о приличии, настаивала на встрече с вами, – резко заявила Рэйчел, ставя чашку с блюдцем на полированный стол.
– Стоит ли волноваться по этому поводу? – оборвал ее Коннор довольно грубо. – Надо ли притворяться и делать вид, будто я не знаю, почему вы вернулись в Лондон и срочно захотели поговорить со мной? Ведь не прошло и двух недель со дня вашего отъезда из города, и я хорошо помню ваше безразличие ко мне.
Вы даже не замечали моего существования. Смею думать, что вас привело в Лондон известие о том, что я выиграл в карты у вашего отца принадлежащее вам наследство.
Вот оно! Коннор произнес это! Рэйчел похолодела. Будто что-то бесшумно взорвалось рядом. Что же… Предмет их разговора больше не был секретом. Коннор сам раскрыл его.
– Думаю, вы ошибаетесь, говоря о моем к вам безразличии, – сказала Рэйчел.
