Возраст – преимущество

– Вовремя ты ее отправил, а вот мы немного не успели, когда Матвеич нашел тебя, вокруг были одни трупы, да и ты сам от них не сильно отличался, – Медведев как бы извинялся, но при этом его лицо было непроницаемым, строгий командир, помню, как его характеризовали.

– Спасибо вам, товарищ командир, за бойцов таких.

– Что там по дороге у вас случилось? Матвеич какие-то ужасы о тебе рассказывает, даже не верится.

– Не понимаю, о чем это? – я сделал вид, что сам удивлен.

– О твоем бое в доме, где девочку бульбаши хотели изнасиловать.

– Ничего особенного, так, подрались немного.

– Подрались немного? Как мне доложили, ты там такую резню устроил, что смотреть страшно было, – округлил глаза начальник штаба.

– Да голову потерял, просто девчонку жалко стало, не могу я видеть, как они страдают на войне. Она ж ребенок еще…

– И я ребенок, – понурив голову, ответил я. – Если бы все тот же Матвеич не подоспел, меня бы там и положили. Зарвался. Иван ваш, как ангел-хранитель мой, второй раз вытащил.

– У Ивана Матвеевича сын был, как ты, такой же, десять лет ему было…

– Я старше, – перебил я командира.

– Ненамного. Немцы его, когда отца искали, вместе с матерью в доме сожгли. Еще в начале войны.

– Жутко, – встряхнулся я, представив себе такое.

– Так почему ты, мальчик по сути, полез в самое пекло? Я понимаю, что ты какой-то инструктор, не понимаю, как ты им стал, и почему считал, что сможешь справиться в одиночку.

– Извините, товарищи командиры, ответят из Центра, дадут добро, расскажу всю свою жизнь, идет? – улыбнулся я.

– Ладно, иди, на довольствие тебя поставили, но занять тебя пока ничем не могу, так как ничего о тебе не знаю, – подытожил командир отряда.

– Если нужно, – решил я чуть приоткрыть тайну, – могу потренировать немецкий, если есть с кем?

– Хорошо знаешь? – заинтересовался комиссар.

– Как немец, – вновь загадочно ответил я.

– Есть у нас один товарищ, тоже на немецком, как на родном, в город ушел недавно, редко, но появляется в отряде.

– Под немца работает? – Елки-иголки, ведь они о Николае Ивановиче говорят! Эх, как бы его предупредить теперь… Сколько он пользы еще сможет принести, если жив останется. Так, задача номер один, Кузнецов должен жить!

– Мы и так тебе много сказали, – ответил начштаба. – Иди пока, позовем.

Я прошелся по расположению, вновь нашел Анну, поболтал с ней, она же отвела меня к их местному, партизанскому доктору.