Возраст – преимущество

– Без этого было никак?

– Если б к ним не пошел, они бы не вышли. Сидели в засидке, одного услали в отряд. Наверное, надо поменять наш секрет и перенести его, об этом уже известно.

– Уже сделали, не думай, что тут только ты понимаешь, – вякнул кто-то из партизан.

– Не думаю, – покачал я головой, – уверен. Заминировать догадались? – усмехаюсь.

– Чего заминировать? – не понял борзый партизан.

– Место бывшего секрета, чего ж еще-то? Оставить подарок бандитам.

– Дело старший сержант говорит, – вступил в нашу перепалку Медведев, – Лукьянчук.

– Понял, тащ полковник, – козырнул рослый светловолосый партизан.

– Ты дальше пойдешь?

– Так не дошли же? – удивился я.

– Помощь нужна? Я бы и так послал, да решил предупредить.

– Ладно, пусть идут, но хотя бы в километре. Эти суки умные, срисуют отряд, будет больно.

– Хорошо. Москаленко?

– Я, товарищ командир.

– Все слышал? Идешь с группой через двадцать минут после нашей парочки.

– Я влево заберу, там ведь дорога? – вставил я пять копеек.

– Да, думаешь, гости будут?

– И скорее всего, их будет отряд, – многозначительно проговорил Медведев. – Ладно. Иващук, возвращаемся, нужно выдвигать второй взвод сюда, парней из секрета не хватит, только зря погибнут. Похоже, нас выследили. Нужны пленные, нам необходимо точно знать, что выяснили о нас бульбаши. Ладно если придут только они, а если немцы? Придется снимать лагерь.

– Ведите подкрепление, если я успею и перехвачу их, мало ли, вдруг получится, выведу их на вас.

– Устроим засаду прямо тут. Захар, ты сильно рискуешь, – произнес Медведев.

– А что делать, ждать, когда эти гады сами придут?

Мы с Анной пошли дальше, правда пришлось подставить свою рожу под нежные руки девушки. Она смочила из фляжки, взятой у партизан, тряпочку и протерла мне лицо. Во время процесса почувствовал неприятные ощущения во рту.

– Этот гад мне зуб сломал, похоже, – потрогал языком я больное место и обнаружил качающийся зуб. Зуб маленький, по ощущениям наверняка молочный.

– Сейчас оторву от нижней сорочки, – сказала Анна, задирая кофту.

– Не надо, не порти вещь, у себя оторву, – остановил ее я. Вытянув майку, дернул и оторвал небольшую полоску ткани, чистая вроде, нас хорошо обстирали в лагере партизан.

Усевшись под ближайшим деревом, открыл рот и, положив тряпочку на зубы, нащупал из них тот, что качался.

– Чего, рвать будешь? – удивилась девушка.

– Надо, а то покоя не даст, – кивнул я.