А худой высокий парень с выстриженными висками и затылком, лихим выбеленным чубом и пирсингом под носом — Теддик. А так — Лева.
Итак, что мы имеем? Захар, Роман, Руслан, Лев, Софья и капитан их Егор. По-моему, нормальный расклад.
— Ну что? — я поправил рюкзак, сумку с ноутбуком. — Гоу в гостиницу?
— Пошли, — повторил мой жест Теддик, поддевая пальцы под лямки.
— Мне только покурить на улице надо, — это Соня.
— Чего?! — я резко развернулся к девчонке.
— Мне есть восемнадцать, что хочу, то и делаю! — задрала нос она.
— Курить вредно, — назидательно заявил с высоты своих двух метров Мыша, доставая из кармана пакет с желейными мишками и протягивая мне. — Будешь?
— Сладкое жрать вредно! — отрезала Соня. — Особенно тебе, с твоим сахарным диабетом.
— Подумаешь, — пожал плечами Мыша. — Если что — еще подколюсь.
Диабет?! Пизде-е-е-ец… А я-то думал, что все о них знаю. А тут курящая девчонка, двухметровый Мышь с сахарным диабетом. И я явно еще много чего не знаю. Да, Отче, похоже, ты крепко влип.
***В итоге, курили мы в специально отведенном месте вдвоем с Соней.
Больше курящих в нашей банде не было. Предварительно я стребовал с нее паспорт, который она мне продемонстрировала, закатив глаза. Ну да, есть восемнадцать. Полтора месяца назад исполнилось.
— И давно ты куришь? — я прищурился на девчонку сквозь сигаретный дым.
— Ты мне не отец! — фыркнула она.
— Я тебе не отец. Я тебе Отче, — я забрал сигарету и выбросил обе — и свою, и ее — в урну. — Пошли.
***Я понятия не имел, что в сутки может вместиться столько времени.
Я же еще и спать умудрялся как-то. И есть. И в уборную ходить. Но при этом мы проходили этап за этапом. И одновременно я по-настоящему узнавал своих демонов.
Ехидная колючка Соня выросла без отца и имела явные проблемы с гендерной самоидентификацией. А я для нее — уж на что я вообще не шарил во всех этих психологических штуках — кажется, проецировался на роль отсутствующего в ее жизни отца. А ведь именно НеАдам-Соня дала мне в самом начале прозвище «Отче», как я теперь вспомнил.
Офигенно, чо. В тридцать обзавестись восемнадцатилетней дочерью! Но я дал себе слово, что мы с ней после чемпионата бросим курить. Я-то ладно, а она будущая мать! Ну, если не будущая, то потенциальная.
Понь был вечно в наушниках, ежедневно ходил в тренажерный зал, который находился в цокольном этаже гостинице, и при каждом удобном случае заяснял мне про жим и присед.
Нео явно метил в программисты и с удовольствием слушал про мои бывшие кодерские будни.
