К счастью, как говорят спортсмены, разбудить твой резерв может только один человек. Вот Настя знает. – Лабовиц кивнул на Демидову.
– Вы знакомы? – Ратибор посмотрел на девушку.
– Нет, – повела плечом та. – Но ты же сам сказал, что он экзосенс.
– Понятно. Последний вопрос. Вы знали Эрнеста Гиро?
Лабовиц кивнул:
– Пограничник из команды крейсера «Сташевский». Он погиб в тот же день и час, что и я.
– Есть сведения, что он жив.
Лабовиц слегка нахмурился, покачал головой:
– Насколько я помню, он был похищен сверхоборотнем, а оттуда не возвращаются.
"
"– Конструктор вернул всех «съеденных» им, вернее – их информкопии, псевдолюдей, так сказать. Я, грешным делом, считал, что вы тоже из их числа.
– Поэтому и приготовил на всякий случай группу захвата?
Ратибор улыбнулся, скрывая смущение:
– У меня неограниченные полномочия, и я должен был предусмотреть все. Извините. Как вы думаете, зачем Конструктору понадобилось возвращать псевдолюдей на Землю? В качестве жеста доброй воли, мол, я не желаю вам зла? Или за этим стоит какой-то расчет, тонкий замысел?
– Ты меня озадачил.
– Лабовиц задумался. – Дай мне время поразмыслить. Возможны варианты. Хотя ты как опер «Шторма» должен приготовиться к худшему из этих вариантов. – Экзобиолог встал. – Удачи тебе, мастер.
Ратибор не колеблясь пожал протянутую ладонь.
Уже когда они выходили из помещения, Лабовиц сказал им в спину:
– Учти еще одно обстоятельство, мастер: здесь у нас, на территории заповедника, законсервирован морг «серых людей».
Ратибор едва не споткнулся, останавливаясь, оглянулся:
– Не понял! Разве их не?.. Аристарх сказал, что небольшая их группа осталась в лаборатории ИВК, остальные умерли.
– Дело в том, что слово «смерть» к «серым людям» неприменимо. В них выключены все программы, вот и все, но в таком состоянии они могут находиться неограниченно долго. Это клан существ-чистильщиков, прошедших эволюцию приспособления к утилизации любого рода отходов, и он может быть включен дистанционно и в любое время.
Не людьми. Мы, к сожалению, ключа к их включению не нашли. Говорю это как специалист. Я занимался ими… вместе с другими экзобиологами и медиками года три, но… – Лабовиц развел руками. – Их оставили для будущих поколений ученых.
– Спасибо, – сказал Ратибор, – я учту.
Весь их разговор слышал и Умник, поэтому, выйдя из бункера управления, Ратибор сказал только одно слово: проверить, – остальное было заботой оперативной обоймы.
