А если вспомнить все приключения, что нам пришлось пережить внутри заброшенной Твердыни, эти темные лабиринты коридоров и населяющих их создания, то меня невольно брало удивление, что мы выбрались оттуда живыми.
— Эх, господин! — с надрывом произнес здоровяк, косясь на тусклое и порядком выщербленное лезвие обычного грубого топора. — Легко сказать — пропал! А я со своим топориком столько всего пережил! Как тут не переживать? И дернуло же вас туда полезть! Как чуяло мое сердце, что стороной обойти надо! Так куда там, вас разве остановишь! Дались вам эти руины проклятущие! Крепость как крепость, да еще и разрушенная!
— Не просто крепость, а легендарная крепость, — поправил я Рикара, стараясь придать голосу уверенность.
— Сама Твердынь! Да и топор ты не просто так потерял, а другу жизнь спасая.
— Другу? Жизнь? — рявкнул здоровяк. — Удавил бы гаденыша коротконогого! Кто его дернул туда лезть? Рычаг, рычаг! Надо дернуть, надо дернуть! Вот и дернул, скотина мелкая!
— Я не скотина! И не мелкая! — из-за наших спин раздался донельзя обиженный голосок Тиксы.
— Там оченно важный штука был!
— Так, успокойтесь оба, — фыркнул я, подтягивая к себе лениво извивающиеся в снегу щупальца. — Что было, то прошло. Чего уж теперь слезы лить. Рикар, от тебя так вообще такого никак не ожидал — пятый день мне мозг выносишь своим нытьем!
— Что делаю, господин?! — вытаращился на меня здоровяк.
— Мозг выносишь! Живыми выползли оттуда и ладно будет. Да еще и не с пустыми руками выбрались! Чего тебе еще?!
— Топор!
— Вот топор! — глядя на здоровяка снизу вверх, буркнул гном, тыча пальцем в новое оружие Рикара.
Издав нечто вроде сдавленного полувсхлипа, полурыка, Рикар сквозь стиснутые зубы с шипением выпустил воздух и, глядя в небо, глухо пробормотал:
— Как же вы его в пути-то не пришибли, господин Корис? Как руку удержали?
— А это потому что я ледяной и холодный, — мрачно ответил я, с противным скрипом проводя стальным пальцем перчатки по покрытой инеем броне.
— Тикса, ты лучше помолчи, не доводи Рикара. Все же он тебе жизнь спас.
— Спас, — согласно кивнул всклокоченной бородой коротышка. — А потом каждый час об этом напоминать! Говорить — какой хороший топор и на такую бородатую мелочь поменять! Я не мелочь!"
"— Хватит! — рыкнул я и круто сменил тему: — До полуночи времени полно, значит, можно и поговорить. Рикар, ты что-то говорил о Стене… согласен ли я, что она сберегла много жизней? Нет, не согласен.
