Домохозяйки вытряхивали половики, суетились у покосившихся сарайчиков, задавая корм животным. Мужики пилили дрова, через забор перекидывались шуточками с соседями и прохожими. Дети помогали родителям, совсем мелкая ребятня, разделившись на две группы, обкидывались снежками из-за возведенных из снега укреплений. По-хозяйски вальяжно прошли стражники, зябко дуя на замерзшие ладони, лениво поглядывая по сторонам и небрежно отвечая на приветствия местных жителей.
По ведущей в город раскатанной дороге в обе стороны неспешно тянулись сани, нагруженные вязанками дров, туго набитыми мешками, тускло поблескивающей чешуей рыбой и прочими грузами.
И самое дикое и невообразимое моему привыкшему к вечной настороженности сознанию — ни у кого при себе не было оружия. Если, конечно, не считать вооруженных короткими мечами и копьями стражников, да несколько неказистых топоров для колки дров. Никто не оглядывался поминутно по сторонам в поисках опасности и не прислушивался с подозрением.
Все занимались своими делами и плевали на окружающую их обстановку. Эти люди не осознавали своего счастья — они жили, а не выживали, подобно нам. Судя по внешнему виду домишек, застиранных тряпок и бродящих по дворам тощих кур — жили небогато, но именно жили, не боясь прихода завтрашнего дня. К тому же здесь городские окраины, по сути трущобы, а более зажиточные люди жили дальше, поближе к центру. Даже отсюда я отчетливо видел покрытые снегом островерхие крыши солидных каменных домов, увенчанные широкими дымовыми трубами.
Единственным безжизненно выглядевшим местом были засыпанные снегом каменные руины на вершине нависающего над морем утеса. То ли развалины крепости, то ли остатки некогда величественного замка.
— Эх… — прогудел примостившийся рядом Рикар, с размаха хлопая лежащего рядом молчаливого ниргала по железному плечу. — И мы вот так жили-поживали, горя-беды не знали…
Заметив, что я искоса взглянул на него, здоровяк поспешил исправиться:
— То есть еще лучше жили, господин.
Не чета этим голодранцам. И дома посправней были и достатку куда как больше было… — Видя, что мой взгляд не стал мягче, Рикар опять сменил ход своих мыслей: — Но скучно было! А теперь хоть и потяжше жизнь, но очень даже веселее!
— Не напрягайся, — буркнул я, и Рикар с облегчением вздохнул.
— Все равно они хорошо живут, — колокольчиком прозвенел голос Аллариссы, лежащей по другую сторону от меня. — Ничего не боятся.
