Приютивший нас на одну-единственную ночь трактир «У Жирного Пита» горел, а в воздухе уже раздавались первые крики горожан:
— Пожар! Пожар!
— Правильная мысль, господин! — пропыхтел держащийся рядом Рикар. — Это их надолго задержит! И трактирщику поделом! Сейчас к лесу?
— Нет, — выдохнул я. — Веди нас к порту! Проклятье… что же я творю… что же я творю… Какого черта мы вообще сунулись в этот городишко?
— Это уж вам решать, господин. Я сейчас только одно знаю — теперича нам всем головы не сносить. Поджог — самое страшное, что сотворить можно, заживо камнями забьют, — бесстрастно ответил здоровяк, подхватив начавшую отставать Алю за локоть и таща за собой.
— Быстрее, быстрее, Темный вас побери! Мукри, заворачивай к порту!
— Твою мать, — обреченно буркнул я, по примеру Рикара хватая за шиворот коротконогого Тиксу и увлекая за собой. — А ведь я так хотел уйти из этого городишки по-тихому…
Как ни удивительно, но первым не выдержавшим изнурительный бег по кривым улочкам оказался Мукри.
Пират с каждым мгновением все больше спотыкался и замедлял шаг, пока наконец не рухнул на колени, хрипя словно загнанная лошадь. Вслед за ним остановились и остальные."
"— Все… больше не могу, клянусь… клянусь грот-мачтой… не сделаю ни шага… — сквозь кашель прохрипел Мукри.
— Сделаешь! — прошипел я, отпуская шиворот гнома и грубо вздергивая пирата на ноги. — Еще как сделаешь! Тем более что бегать больше не будем. Рикар, где мы сейчас?
— Ближе к центру города, господин, — незамедлительно отозвался здоровяк, напряженно крутя головой по сторонам.
— Еще четверть лиги в ту сторону и выйдем на площадь. А если свернем вот сюда, то через триста шагов окажемся у порта. От погони, кажись, оторвались на время — они пожаром отвлечены. Но поспешать надо.
— А если пойдем прямо, вот по этой улице, то она выведет нас до порта? — я ткнул во внешне неприметную улочку, кривой загогулиной тянущуюся куда-то в сторону моря.
— Да, — прохрипел Мукри, привалившись к стене. — Выведет.
Мы вчера по ней прошли немного.
— Тогда идем сюда! — Я решительно свернул в указанном направлении.
Следом за мной потянулись остальные, кто-то все еще кашлял, со свистом дышал или натужно хрипел. Пробежка по скользким от ночного инея улицам вымотала большую часть отряда. Всех, кроме меня, Ларни и Рикара. Ларни со здоровяком держались благодаря бурному прошлому старых наемников, а я… а я — ледяная глыба, не знающая, что такое одышка и ломота в костях.
