Онлайн-библиотека книг
– Алла Борисовна – своеобразная женщина, она вторая супруга босса, с ней лучше не связываться и не перечить. Если что-то прикажет сделать, то все бросай и делай. На ее надменность не обращай внимания. Понимаю, это унижает, бесит, но таковы условия работы.
– Что конкретно и за какие деньги мне предстоит делать? Каков…
Боровской вновь прервал Кулагина:
– Это все обсудишь с управляющим. Пойдем к нему.
Мужчины поднялись и направились к двухэтажному дому, на первом этаже которого оказалась сауна с баром, на втором комнаты отдыха.
Цуканов разговаривал с немолодым, лет за шестьдесят, мужчиной.
– Это садовник, Прохоров Виктор Алексеевич, специалист от бога, иногда складывается такое ощущение, что растения, особенно цветы, его понимают. Ты сойдешься с ним. Он мужик простой, без заморочек.
Увидев Боровского, Цуканов кратко спросил начальника охраны:
– Ну что, Михаил Григорьевич?
– Оформляй с завтрашнего дня и до конца октября, месяц испытательный. Дальше видно будет.
– Хорошо. Боссу о работнике сам доложишь или я?
– Это твоя работа. Я все, что надо, узнал, еще проверю, пока оформляй на месяц. Ну, все, я пошел.
Подмигнув Кулагину, Боровской направился к особняку.
– Знакомьтесь, Павел, – указал Цуканов на пожилого мужчину, – наш садовник, Прохоров Виктор Алексеевич.
– Ну, не вся, Леша, от рощи многое осталось, – усмехнулся Прохоров и протянул Кулагину руку: – Виктор Алексеевич, можно на «ты».
– Ну, тогда, Паша, для вас, извини, для тебя, Виктор Алексеевич, просто Паша.
– Отлично, – сказал Цуканов, – признаться, я был уверен, что Боровской забракует тебя.
– Как видите, не забраковал.
– И очень хорошо.
– Желательно вместе с зарплатой и графиком работы.
– Естественно. Обязанности просты, делать все, что скажет Виктор Алексеевич или я. Но больше Виктор Алексеевич. В основном – это следить за порядком в усадьбе.
– Короче, работа дворником.
– Не совсем. Но в принципе, можно сказать и так. Но кроме уборки придется и ямы копать под деревья или кусты, клумбы поливать, газоны. Всего не перечислишь.
– С обязанностями ясно.
