Возвращение

 – Вы объясните, что вам угодно, сделаем в лучшем виде!

– Да я же объясняю! – вспылила тетушка Фелиция, но тут же остыла и махнула рукой. – Ладно… А вот я видала на одной нейре платье, говорили, здесь шила! Значит, фиолетовое, ну как спелая слива, из блестящей такой ткани, запамятовала, как называется. Все черными лентами расшито, по подолу вышивка серебром, птицы сказочные, цветы всякие – мечта! Вот мне б наподобие этого, только бордовое и с золотом!

Портные переглянулись.

– А, – вспомнил вдруг один. – Это самого мастера Ротта работа.

– А мне дешевки не надо! – сказала я гордо.

– Тогда я сейчас мастера кликну, – сказал один из мужчин и удалился.

– Только может не выйти в точности, – сказал второй, задумавшись.

– Это почему же? – заинтересовалась я. Ждала ответа в духе, мол, мастер свои творения не повторяет, но…

– Да видите ли, госпожа… Вышивку-то на таких штучных вещах госпожа Ротт собственноручно делала, – сообщил парень. – Руки у нее прямо золотые были, все диву давались, как она такое изображает!

– И что? – хмуро спросила я.

– Да нет… – Он сам уже был не рад, что сказал. – Пропала госпожа Ротт. Давно уж. Так и не нашли.

– Ну, дела! – всплеснула я руками. Так, а это уже интересно… – Так и с концами? И что ж теперь?

– Ну, вышивальщицы у господина Ротта и другие есть, – пожал плечами портной. – Только такой-то уж больше не сыскать. Остальные ей и в подметки не годятся.

– Это точно, – добавил еще один, совсем молодой. – А госпожа Ротт вышивала так хорошо, и красивая была, жаль только…

– Что? – насторожилась я, но парнишке кто-то двинул локтем под ребра, и он умолк.

– Госпожа, госпожа! – к нам спешил сам Лейс Ротт. – Прошу прощения, что заставил вас ждать. Пройдемте ко мне! Думаю, я сумею вам помочь…

Я взглянула на него сверху вниз, фыркнула, но проследовала за малорослым хозяином.

– Скажите-ка, господин Ротт, – произнесла я, когда мы остались наедине. – Скажите, а за что можно было пожалеть вашу жену?

– А? – удивился он.

Я вежливо улыбнулась, давая понять, что оценила шутку.

– Ну… – Ротт нахмурился, соображая. – Дита немножко заикалась. Самую чуточку. Так-то почти незаметно, а вот если расстроится или взволнуется – тогда да, тогда довольно сильно… Я потому старался, чтобы она все время была веселая… – Он сник. – И вы понимаете, что…

– Кажется, да, – медленно произнесла я.