Возвращение

Но я не знаю, кого схвачу, а если схвачу – тот ли это будет, кто мне так нужен! Предполагается, что я знаю того, кого ловлю? Но кто это может быть? Любой, решительно любой из моего окружения, а народу вокруг меня не так уж мало… Хватай любого: тот же коллега Анельт может оказаться замаскировавшимся Наором – что стоит такому магу прикинуться неопытным мальчишкой! А настоящий Анельт вполне может гнить в канаве в сотне весс от Арастена, где его никогда не найдут!

Есть ли в этом смысл? Не может не быть.

Даже у сумасшедших имеется своя логика, и Наор определенно желает, чтобы я его нашла. Подбрасывает подсказки, дает… верно, дает те зацепки, по которым я смогу опознать его, когда схвачу. Если схвачу! И если схвачу именно его…

Скорее всего, он где-то поблизости. Очень может статься, я его знаю, хотя бы видела: ведь нельзя узнать того, кого никогда не встречал! Хотя, может, в нашем случае это и не пройдет: вдруг он рассчитывает, что я вычислю его по косвенным доказательствам… Но я все еще в неведении.

А значит, очень скоро Наор подбросит мне еще что-нибудь, и я снова буду вертеться на месте с завязанными глазами, широко расставив руки – вдруг да попадется какой улов, вдруг получится узнать человека! Надо ли говорить, что мне это вовсе не нравилось? Я рассчитывала столкнуться в единоборстве с кем угодно по возвращении в Арастен, но чтобы искать неведомо кого…

– Госпожа Нарен! – окликнули меня.

Я придержала лошадь, обернулась. Придерживая шапку, ко мне приближался полковник Олвер, и вид у него был совсем не радостный. Неужто еще что-нибудь случилось? Только этого не хватало…

– Господин полковник, – наклонила я голову. – Чем могу быть полезна?

– У меня к вам деликатный разговор, госпожа Нарен, – напряженно произнес мужчина. – Крайне деликатный. Если бы вы соизволили проследовать со мной…

– Ну разумеется, – ответила я.

Похоже, дело неладно, если Олвер обращается ко мне лично, а не через подчиненных, да еще караулит на улице! Хотя, возможно, просто оказался по делу во дворце и заметил меня. Я уже в любую случайность готова поверить!

Говорить на улице, как я и предполагала, полковник не пожелал, молчал до самого управления, благо до него рукой было подать.