Возвращение Бешеного

Старик сунул руку за пазуху и вытащил оттуда небольшой сверток. Там был кусочек сала и ломоть хлеба — все, что осталось от его обеда.

— Вот возьми… Погодь! — Он вскочил на ноги, как молодой побежал в сторону поля, поднырнул под проволоку и вскоре вернулся, неся аппетитные зеленые огурчики. — Бери: сам покушай и друзьев своих попотчуй. — Он вздохнул, погладил Савушку по головке, поднял с земли злополучную берданку и медленно направился к своему шалашу, смахивая на ходу старческие слезы.

Савушка смотрел ему вслед и ему почему-то было жаль этого доброго дедушку, который так хорошо угостил его.

— Как ты, Савка? — донесся из-за кустов испуганный шепот Андрюши.

— Ушел он… — вздохнул Савушка. — У меня душа в пятки ушла, когда выстрел услышал. Думал, что либо тебе, либо мне в зад сейчас влепит. Так это он по тебе стрелял?

— Не-е-е… дедушка и сам испужался, когда она выстрелила! — Мальчик почти успокоился, но ему явно нужна была разрядка, и он захохотал. — Он ею стук об землю, а она как бабахнет! — Он снова закатился от хохота, а его новый дружок растерянно смотрел на него и молчал.

Наконец Савушка отсмеялся и взглянул на Андрюшу. — Что-то есть хочется.

— Вот… — его друг высыпал из-за пазухи несколько огурцов. — Остальные порастерял, когда сюда бежал.

— А дедушка вот что нам дал, — Савушка указал на хлеб и сало.

— Живем, братишка! — воскликнул Андрюша, и они стали уплетать за обе щеки неожиданно свалившуюся на них еду.

Воронов улыбнулся, вспомнив, как Савушка совсем еще пацаненком проявил настоящий характер.

Он долго пытался научить Савушку нырять с дерева, причудливо изогнутого прямо над водой. До воды было метра два с половиной, вроде не очень высоко, но как же трудно преодолеть свой страх в таком возрасте! Он и сам, хотя и был гораздо старше Савушки, долго не решался испытать это «удовольствие». Решительно взбираясь на дерево, когда никого вокруг не было, он смотрел вниз, и поверхность воды казалась такой далекой, что моментально начинала кружиться голова, и он намертво вцеплялся в спасительный ствол и сидел на дереве до тех пор, пока его оттуда не сгонял голод. Тогда он осторожно спускался с дерева и обещал себе, что в другой раз непременно прыгнет.

Ему помог случай. Однажды, оглядевшись и никого не увидев вблизи, он взобрался наверх, и снова его обуял страх. Вполне возможно, что и в этот раз ему пришлось бы спуститься на землю обычным свои путем, но…

— Какой же вы смелый! — неожиданно услышал Андрюша.